ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он смотрит на свое отражение в зеркале и видит чужое лицо. Кто он такой? Ему говорят, что его имя — Вильям Монк, что он работает в полиции. Осторожно, на ощупь, он пробирается по извилистым коридор... Чужое лицо Энн Перри Глава 1 Он открыл глаза и увидел над собой низкое зимнее небо. Моргнул и взглянул снова. Он лежал навзничь, а над головой нависал серый потолок, потемневший от сажи и многолетних испарений. Он пошевелился. Кровать оказалась короткой и жесткой. Сделал попытку сесть и почувствовал острую боль. Казалось, в грудь всадили кинжал. Ныла туго забинтованная левая рука. Стоило приподнять голову — и кровь начинала молотом бить в виски. В нескольких футах стояла еще одна деревянная койка — точно такая же, как и его собственная. Там под серым скомканным одеялом беспокойно ворочался мужчина с одутловатым лицом. Его рубашка потемнела от пота. Рядом лежал еще один человек, с пропитанными кровью бинтами на ногах; потом еще один… и так до самого конца огромной комнаты, где под закопченным потолком чернела пузатая печь. Им овладела паника. Он — в работном доме! Боже милостивый, как он сюда попал? Однако день был в полном разгаре! Неловко извернувшись, он оглядел помещение. На койках вдоль стены лежали люди. Ни в одном работном доме страны обитателям не позволяли такой роскоши! Всех бы подняли и отправили трудиться если не ради спасения души, то хотя бы ради прибылей заведения. Грех праздности не прощался даже детям. Конечно, это больница. Почувствовав облегчение, он осторожно опустил голову на подушку, набитую отрубями. Как его занесло сюда и какое несчастье с ним случилось, он не помнил, хотя левая рука ныла и плохо слушалась. Каждый вздох вызывал острую боль в груди. Что с ним произошло? Он упал с лошади? На него рухнула стена?.. Воспоминаний не было — в голове царила пустота. Неожиданно над ним склонилась ухмыляющаяся физиономия, и бодрый голос произнес: — Ну что, с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кроме того, в глазах помощника Монк увидел жалость. Не слишком ли этот юноша чувствителен для полицейского?

— Да, не очень. — сухо согласился Монк. — Это все?

— Нет, еще оружие, сэр. — Ивэн нагнулся и поднял тяжелую трость черного дерева, покрытую засохшей кровью и прилипшими волосами.

Монк вздрогнул. Возможно, привычка к виду подобных вещей покинула его вместе с памятью.

— Ужасно. — Не сводя карих глаз с Монка, Ивэн поджал губы.

Тот смутился. Гримаса подчиненного, конечно, могла означать и жалость к убитому, и отвращение к орудию убийства. Однако не исключено, что Ивэн выразил таким образом удивление внезапной брезгливости старшего офицера. Монк заставил себя взять трость в руки. Она оказалась неожиданно тяжелой.

— Боевое ранение, — пояснил Ивэн, по-прежнему глядя на Монка. — Свидетели утверждают, что Грей действительно при ходьбе опирался на трость, а не носил ее для красоты.

— Правая нога, — процитировал Монк медицинское заключение и положил трость на место. — Больше ничего?

— Два разбитых стакана, сэр, и графин, тоже разбитый. Судя по всему, посуда была сброшена со стола вместе с парой безделушек. Среди бумаг мистера Лэмба есть подробная схема, сэр. Не знаю, поможет ли она вам, но мистер Лэмб потратил на нее не один час.

Монк мысленно пожалел — сначала Лэмба, потом самого себя. На секунду ему захотелось поменяться с Ивэном местами, уступив тому первенство, а также право принимать решения и совершать ошибки. Монк поймал себя на том, что даже мысль о собственном поражении ему нестерпима. Он должен распутать это дело во что бы то ни стало, он должен победить — и стереть довольную улыбку с лица Ранкорна.

— Ах да, еще деньги, сэр. — Ивэн открыл картонную коробку и извлек оттуда красивый бумажник из свиной кожи, несколько золотых соверенов, пару клубных карточек и дюжину визиток. «Майор Джосселин Грей, Мекленбург-сквер, 6, Лондон».

— Это все? — спросил Монк.

— Да, сэр. Двенадцать фунтов, семь шиллингов и шесть пенсов. Если мы имеем дело с вором, то весьма странно, что он их не взял.

— Может быть, испугался или сам был ранен. — Ничего другого Монку в голову не пришло. Он жестом приказал убрать коробку. — Думаю, самое время отправиться на Мекленбург-сквер.

— Да, сэр. — Ивэн выпрямился. — Но это полчаса ходьбы. Если вы чувствуете себя достаточно хорошо…

— Пара миль? Послушайте, у меня ведь сломана не нога, а рука! — Монк резко повернулся и взял шляпу.

Ивэн переоценил их возможности: путь к дому номер шесть по Мекленбург-сквер отнял у них минут сорок. Идти пришлось против ветра, то и дело обходя толпы прохожих и уличных торговцев, сторонясь транспорта и переступая через конский навоз. На углу Даути-стрит орудовал метлой какой-то мальчишка, возможно, тот самый метельщик, которого допрашивал мистер Лэмб.