ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Узнав о смерти сестры и о том, что у той осталась дочь, Элизабет едет на ранчо «Таннер-Кроссинг» с целью заменить девочке мать, но на ее пути встает красавчик Вудроу Таннер. Ты будешь моей Пегги Морленд ГЛАВА ПЕРВАЯ Вздорный. Так воспитанные люди называли Вудроу Таймера. Менее воспитанные люди употребляли другое слово, которое лучше не произносить в обществе женщин или в присутствии священника. Но Вудроу было наплевать, что о нем думают окружающие. Он жил, как ему нравилось, и посылал к черту всех, кто высказывал неодобрение. Вудроу владел семьюстами акрами земли и обитал в большом доме, расположенном в самом центре поместья. Он построил его там с единственной целью — быть как можно дальше от соседей. Кроме собаки, неизменно спавшей в ногах его кровати, в его доме никто больше не жил, и это ему нравилось. Больше всего на свете он ненавидел толпы людей, большие города и шум общественного транспорта. В данный момент он не спеша ехал в Даллас по центральной автомагистрали Техаса. Его настроение было, как обычно, плохим и с каждым проеханным километром делалось все хуже и хуже, потому что стрелка на приборной панели показывала: бензин почти на нуле. Если бы брат Вудроу Эйс оказался сейчас где-нибудь неподалеку, Вудроу расквасил бы ему нос и подбил глаз за то, что тот вовлек его в эту авантюру. Нет, Вудроу вовсе не соглашался помочь. Он уклонялся, как мог, утверждая, что в эту поездку надо отправить еще кого-нибудь из братьев Таннер, но Эйс настаивал на своем, мол, никто, кроме Вудроу, поехать не может: у Рая много работы, Рори вообще нет в городе, он закупает товары для своих сельских магазинов. Эйс ничего не сказал насчет Вита, но Вудроу и не стал спрашивать. Статус Вита — сводный брат — освобождал его от многих семейных обязанностей, и по этому поводу Вудроу сильно негодовал. В итоге именно Вудроу пришлось отправиться в Даллас, чтобы выполнить одно семейное поручение. О

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но когда он, приподнявшись, взглянул на нее, во взгляде его не было ничего похожего на бабочку. В его глазах разгоралось пламя, и это пламя жгло ее кожу, заставляло бешено колотиться сердце. Рот ее моментально пересох, она облизала губы, и он, тихо застонав, наклонился и стал целовать ее с новой силой.

Нет, нет, подумала Элизабет, и в голове у нее все пошло кругом. Губы Вудроу были горячими и властными. Он затронул такие глубокие струны ее души, которые еще никто никогда не затрагивал. Она пропала. Совершенно, безвозвратно пропала.

Элизабет сжала пальцами подол его рубашки.

— Вудроу, — умоляюще произнесла она.

Он прижал палец к ее губам, заставляя молчать.

— Я виноват, — сказал он, неправильно поняв ее тон. — Я слишком тороплю события.

Элизабет замотала головой.

— Нет, нет. Я… - Вудроу снова заставил ее замолчать, поцеловав так нежно, что слезы навернулись ей на глаза.

Откинувшись назад, он погладил ямку у основания ее шеи.

— Ты такая маленькая, — сказал он. - Такая хрупкая. Я боюсь раздавить тебя,

— Нет, я...

И прежде, чем Элизабет успела сказать Вудроу, что она совсем не хрупкая и что она хочет его так же страстно, как он ее, он спустил ее брюки чуть ниже пупка. Вудроу прижался губами к животу Элизабет и стал целовать его, одновременно снимая с нее брюки. Отбросив их в сторону, он встал над ней на колени и стал гладить ее по животу. Его ладони жгли ее кожу, словно раскаленная печь. Медленно он стал гладить ее бедра, затем — между бедер, а потом осторожно раздвинул ее ноги. Откинувшись назад, он стал любоваться ею.

Элизабет нисколько не смутилась, хотя никогда прежде не подвергалась столь пристальному вниманию со стороны мужчины и никогда не испытывала такого удовольствия, которое приносило ей это внимание. Секс с Тедом всегда был просто обычным физическим актом, совершавшимся в темноте, под одеялом. Но это... это!

Не отводя взгляда от треугольника, темневшего между ног Элизабет, Вудроу рывком скинул с себя рубашку и потянулся к ремню. Глаза ее широко раскрылись, сердце подкатило к горлу. Элизабет смотрела, как он разделся, затем снова склонился над ней. И когда он коснулся ее, она была горячей, влажной и изнемогающей, сгорающей от желания.

Вудроу погладил пальцем влажное лоно Элизабет, и она изогнулась, издав сладострастный стон. Прикрыв глаза, она протянула к нему руки.

— Вудроу, пожалуйста!

Он навис над ней, упираясь руками в края кровати, чтобы не обрушивать на нее весь свой вес.

— Я не хочу раздавить тебя, — хрипло прошептал он.

Когда Вудроу вошел в Элизабет, она содрогнулась и растаяла в его объятиях. Он плавно двигался вверх и вниз. В голове у Элизабет все кружилось от сладостного ощущения, от предвкушения взлета.