ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Узнав о смерти сестры и о том, что у той осталась дочь, Элизабет едет на ранчо «Таннер-Кроссинг» с целью заменить девочке мать, но на ее пути встает красавчик Вудроу Таннер. Ты будешь моей Пегги Морленд ГЛАВА ПЕРВАЯ Вздорный. Так воспитанные люди называли Вудроу Таймера. Менее воспитанные люди употребляли другое слово, которое лучше не произносить в обществе женщин или в присутствии священника. Но Вудроу было наплевать, что о нем думают окружающие. Он жил, как ему нравилось, и посылал к черту всех, кто высказывал неодобрение. Вудроу владел семьюстами акрами земли и обитал в большом доме, расположенном в самом центре поместья. Он построил его там с единственной целью — быть как можно дальше от соседей. Кроме собаки, неизменно спавшей в ногах его кровати, в его доме никто больше не жил, и это ему нравилось. Больше всего на свете он ненавидел толпы людей, большие города и шум общественного транспорта. В данный момент он не спеша ехал в Даллас по центральной автомагистрали Техаса. Его настроение было, как обычно, плохим и с каждым проеханным километром делалось все хуже и хуже, потому что стрелка на приборной панели показывала: бензин почти на нуле. Если бы брат Вудроу Эйс оказался сейчас где-нибудь неподалеку, Вудроу расквасил бы ему нос и подбил глаз за то, что тот вовлек его в эту авантюру. Нет, Вудроу вовсе не соглашался помочь. Он уклонялся, как мог, утверждая, что в эту поездку надо отправить еще кого-нибудь из братьев Таннер, но Эйс настаивал на своем, мол, никто, кроме Вудроу, поехать не может: у Рая много работы, Рори вообще нет в городе, он закупает товары для своих сельских магазинов. Эйс ничего не сказал насчет Вита, но Вудроу и не стал спрашивать. Статус Вита — сводный брат — освобождал его от многих семейных обязанностей, и по этому поводу Вудроу сильно негодовал. В итоге именно Вудроу пришлось отправиться в Даллас, чтобы выполнить одно семейное поручение. О

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Элизабет прижала пальцы к виску, будто пытаясь сдержать головную боль.

— Но почему ребенка взял Эйс, а не ваш отец?

— Потому что наш отец умер. Сердечный приступ. Буквально через пару дней после смерти Рене.

Она откинула голову на спинку сиденья и прикрыла глаза.

— Не могу в это поверить, — прошептала она.

— Тем не менее это правда, — заверил ее Вудроу. — Каждое слово. Я клянусь.

Элизабет сидела так, не двигаясь и не говоря ни слова, довольно долго. Сейчас или никогда, понял он, и придвинулся к ней ближе.

— Мы очень много времени потратили на всякие формальности. Эйс нанял детектива, чтобы найти кого-нибудь из семьи Рене, вот так мы и вышли на вас. Дело в том... В общем, Эйс и Мэгги хотят усыновить девочку, поэтому я здесь. Надеюсь получить ваше согласие.

Она уронила голову на грудь.

— Нет. — Элизабет сглотнула. — Я не готова говорить об этом сейчас. Мне необходимо все обдумать. — Она закрыла лицо руками. — О боже, Рене!

Вудроу совсем не хотелось затягивать визит, но других вариантов у него не оставалось.

— Я останусь на ночь в городе. — Он достал из кармана чек на бензин и написал на обратной стороне цифры. — Вот мой номер телефона. — Он бросил бумажку на колени Элизабет. — Позвоните, когда будете готовы разговаривать.

Настал вечер. Элизабет стояла возле окна, обхватив плечи руками. Она все никак не могла прийти в себя после сегодняшнего потрясения. Как такое возможно — Рене умерла!

Из окна открывался вид на огромный вольер с колибри. Две птицы порхали с цветка на цветок, собирая нектар, еще пара птичек сидела на ветке, остальные — спали в домиках. В другом вольере по кованой железной изгороди гонялись друг за другом белки. Позади Элизабет за кухонным столом сидел Тед Скотт, ее жених. И хотя она не видела его лица, она ощущала его неодобрение, оно давило ей на плечи, как тяжелая ноша, и от этого ее горе становилось еще невыносимее.

- Я знаю, ты очень расстроена, — сказал Тед. Он всеми силами старался проявлять терпение. — Я понимаю это. Но будет очень нехорошо, если мы отменим нашу поездку, ведь тебе не надо организовывать похороны или хлопотать по любому другому поводу. Все уже сделано.

Слезы навернулись на глаза Элизабет при упоминании о похоронах. Она даже не спросила, где именно похоронили Рене. Ей захотелось расплакаться навзрыд, захотелось облегчить свое сердце и душу. Она закрыла глаза и молча позвала к себе Теда. Она хотела, чтобы он обнял ее, утешил, разделил с ней ее чувства, а не игнорировал их.

Но Тед продолжал сидеть. Элизабет потрясла головой, пытаясь прогнать горечь и разочарование.

- Это не имеет значения. Мне надо остаться здесь и решить, что мне делать дальше.

— С ребенком?

Она кивнула, все еще не в силах поверить, как это Рене - сама почти еще ребенок — стала матерью.