Алехандро стал убеждать брата, что тому лучше всего было бы добровольно сдаться полиции, а уж если он вздумал скрываться, то делать это надо не здесь, в Энсинаде, где каждый житель знает его в лицо.
– Вы с отцом просто сумасшедшие! – возмущался Алехандро. – Тот тоже не нашел другого места, кроме Энсинады…
– Что? Отец тоже здесь? – вскочил с постели Рейнальдо. – Я должен немедленно его увидеть!
– Успокойся, Рей, ты едва стоишь на ногах, – Алехандро силой уложил брата снова в постель. – Поверь мне: я сам его ищу, но не знаю, где он скрывается.
Архенис специально отыскал Алехандро, чтобы поблагодарить его за спасение Исамар.
– Я не мог поступить иначе, – сказал Алехандро. – Ведь я люблю твою сестру. А то, что случилось с Габриэлой…
– Не надо оправдываться, – прервал его Архенис. – Я все понимаю. Более того, я должен сказать тебе: Габриэле предстоят очень тяжелые роды. То, что она забеременела при наличии внутриматочной спирали, представляет огромный риск для развития плода. Габриэла может не доносить ребенка… Так что ее нельзя сейчас волновать…
– Что же мне делать? – не скрывая своей растерянности, спросил Алехандро. – Что ты можешь мне посоветовать?
– Полагаю, пока рано что-либо предпринимать, – ответил Архенис.
– То есть ты хочешь сказать, что здесь нужно время? Так ведь? – уточнил Алехандро.
– Да. Но это лишь мое мнение. Я считаю, вы с Исамар все равно не сможете жить друг без друга.
– Спасибо, что ты это понимаешь, – растроганно сказал Алехандро.
Телефонная связь с Каракасом все еще не была восстановлена, и Леонардо подсказал Алехандро, что надо бы съездить туда и успокоить Габриэлу, которая наверняка уже вся извелась.
– Да, ты прав, – согласился Алехандро. – Завтра же мы с тобой отсюда уедем.
Фернандо по-прежнему мерещились призраки, и чаще других теперь являлся ему отец. Злой, разгневанный, он кричал, что Фернандо – трус, бил его и в который раз запирал в темной комнате.
Явь и галлюцинации совсем перепутались в сознании Фернандо. В минуты просветления он понимал, что его мучают воспоминания, но при этом стал на всякий случай держать поблизости револьвер, чтобы обезопасить себя, если понадобится.
Когда галлюцинации вновь накатывали на Фернандо, он сразу же брал в руки револьвер и так, прикрываясь им, разговаривал с отцом.
– Ты опять хочешь наказать меня, – кричал Фернандо, размахивая револьвером, – но на сей раз тебе это не удастся! Ты не сможешь справиться со мной, проклятый старик!
Испуганная Роса тормошила Фернандо, пытаясь вернуть его к реальности, и он постепенно затихал, обессиленно вытирал пот со лба и говорил:
– Когда-нибудь я убью его, Роса.
– Боже мой, о ком ты? – недоумевала та. – Здесь, кроме нас с тобой, никого нет.
– Я говорю о моем отце, – отвечал Фернандо.






