ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он молод, умен, красив и почти всесилен. Но вот именно это "почти" и не дает ему покоя. Он горячо жаждет абсолюта, единоличной, единовременной власти. И готов на все. Заплатить любую цену. Ему так каж... Игнатова Юлия Хранитель "… во времена, когда по земле человеческой ходили дети Хаосом порожденные, чада кровожадной и жестокой Фесы, Хаос тот создавшей, люд мирской не знал ни света, ни тепла. Ибо не было солнца, и мир напоенный страхом, объятый ужасом от деяний безнаказанных Хаоса непобедимого, замер в тени извечной, стуже нечеловеческой. Создания тьмы влекомые человеческой кровью и плотью нападали на люд честной, осушали их тела, разрывали их сердца. Люд селился в единстве друг с другом, дабы давать детям Фесы отпор. Скоро кровавая забава наскучила Фесе, и решила она создать себе мужа. Надежного, дабы не вздумал он Хаос отнять. Сильного, дабы смог вместе с ней разделять кровавые забавы. Умного дабы не заскучать. И взяла она горсть земли, шепот ветра и капли нескончаемого ливня, обвязала власом человеческим и бросила в костер…" Слово о Начале времени, и конце Хаоса. Слово об Избавителе Алдоре, и матери тьмы Фесе. *примечание. В тексте в качестве единицы измерения расстояния неоднократно употребляется "скачок" равный среднему скачку лошади = 4,5 метра. Мальчишке было не более шести лет. Всего шесть. И уже такая сила. Пальцы начинали неметь и чуть покалывать. Лаер раздраженно отдернул руки, и мальчишка до того словно парящий на невидимых крыльях в локте над землей, мешком рухнул на неровный дощатый пол. Глаза закатились и худенькое тельце сотрясала мелкая дрожь. Откуда-то из-за угла печи всхлипнула его мать, удерживаемая мертвой хваткой свекрови. Лаер тяжело вздохнул и слепо зашарил рукой в пространстве в поисках хоть какой-нибудь опоры. Мужчина, отец мальчишки, с готовностью подставил плечо, мужественно сдержав стон боли от бесцеремонно сильного захвата руки. — Пить,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он не заметил, как на востоке порыжело небо, как с неба слезами лил очистительный дождь, превращая грязный пепел и выжженную землю в ледяную стекловидную жижу. Не заметил, как его с братом ровным кольцом, диаметром в пару десятков скачков окружили люди.

Лаер, наконец, судорожно вздохнул и распахнул глаза. Черные.

С ярко-зеленой вертикалью зрачка. Лаис сглотнул и достал из-за голенища нож. Он не даст этой сущности…

— Полегче, братец. Я еще живой. — В утомленном сухом шелесте голоса слышались нотки знакомого высокомерия.

Тьма медленно растворялась в привычных бледно-зеленых глазах.

— Лаер? — Лаис с окрепшей надеждой всматривался в лицо брата, и исчезающие ветвящиеся узоры на его коже.

— В основном да. Но эта тварь во мне. — Лаер не поворачивая головы, скосил глаза, заинтересованно обегая взглядом плотную стену силуэтов вдали от них. — И, похоже, навсегда…

— Скажи мне, что можешь знать только ты.

— Что за пошлости, брат? — Лаер сдул дождевую каплю со своего носа. — Ну… в тринадцать лет, ты решил что влюбился в нашу гувернантку. Такая скромная, помнишь, еще и краснела при слове…

— Хватит, я понял. — Лаис устало хохотнул и выпустил Хранителя в мутную грязную жижу.

Лаер фыркнув, поднялся, брезгливо отряхиваясь и заметив волнение в рядах, повернулся к Лаису.

— Наложи иллюзию себе на глаза.

— Зачем? — Лаис настороженно смотрел, как приближаются темные фигуры, сопровождаемые благоговейным полушепотом.

— Потому что ты Избавитель, только что заточивший Фесу. Не будем уточнять куда. История требует бледности кожи и золота глаз. Бледность есть в наличии, а золото придется наколдовать.

Лаер испытывал невыразимую тяжесть во всем теле, ощущая ее присутствие, загнанной и закрытой в ореоле с охранной и парализующей ее вязью. Отныне он мог пользоваться только ее силой, ее магией, не поддающейся под современные каноны и заклятия. У Лаера не было своей магии. Даже родовой не было. Эта тварь изничтожила все, в попытке подавить Лаера. И испепелила странный круг с истощающейся магией в течение определенного периода времени и как следствие нужду в Талантах. Лаер был рад этому. Но он не знал, как управлять заточенным Хаосом и его силой. Научится. Времени отныне у него полно.

— Кто я теперь, Лаис? Полубог? Полухаос? — задумчиво спросил Лаер у Лаиса, недвижно застывшего рядом. Плечом к плечу. Встречая рассвет нового дня и новой ступени в истории мира.

— Ты брат, малой. — Негромко ответил он Лаеру, разглядевшему в толпе тонкую фигуру, с серебряным обеспокоенным взглядом и не отпускавшему ее взглядом. — Ты, прежде всего, мой брат.

Ноябрь 2010 — март 2011.