ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули... Александр Верещагин Война аннотация: 1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули воспользоваться ситуацией и захватить территории и природные богатства великого государства. Создание установки ХАРП, способной сжигать в стратосфере любые объекты, содержащие металл, обеспечило агрессорам защиту от ядерного оружия России. Подобные установки были в Европе и в Китае. Летом 1995 Регулярные войска высадились в районе Владивостока. Части Российской Армии и Военно-Морского Флота героически сдерживали натиск захватчиков, но были преданы, лишены снабжения. В стране провели срочную мобилизацию, вновь укомплектованные подразделения направили к театру военных действий на Дальний Восток и на Запад, в район Калининграда. Глава 1 Эйфория В городе полная суматоха и неразбериха, батальоны в пятнистой форме заполнили улицы. Вместо привычных троллейбусов и легковушек — колонны армейских грузовиков, танки, самоходки и другая военная техника, названия которой я не знал. Настроение с утра отличное, выменяли целую коробку патронов от «калаша» за литр бабушкиного самогона у солдат вспомогательной роты 2-го мотострелкового батальона. Вечером будем взрывать их в костре на пустыре. Я уже знал, где какое подразделение расквартировано: в центре, во Дворце Культуры — штаб, там генералы и высший командный состав. Везде комендантские патрули и «краснопагонники», так называли внутренние войска. «Шакалы» рангом пониже расположились в школах и ремесленном училище (занятия, естественно не проводились, какая уж тут учёба!) Вообще-то я успел отходить почти це

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотелось только орать на всю тайгу, на весь мир «За что!!!». Семён повел меня как ватного, обратно к хутору. Прохор с бойцами, не выдержав темпа погони, отстал не полпути и вернулся в хутор. Мне было невыносимо зябко. Одежда, мокрая от пота, теперь замерзла и стала колом. Но хуже могильный холод, поднимающийся со дна души. «За что! Его убили, он в жизни мухи не обидел. За что нас всех убили?». Впрочем, мне было все равно.

Я с остервенением долбил кайлом мерзлую каменистую землю. Терзал свое тело тяжелой работой. Я ненавидел себя и весь мир. До сих пор в памяти скромная Витина могилка. Я перестал разговаривать. Собрал свои пожитки и подался к Сергею Петровичу.

Глава 21

Отвоевался. Свой дом

Коротко объяснил командиру, что ухожу из Сопротивления. Он не потребовал объяснений и не стал уговаривать остаться. На складе мне выдали причитающееся «выходное пособие», оружие и патроны.

Целый год я строил дом в самом дальнем медвежьем углу. На берегу таежного озера. До ближайшей деревеньки три для пути. Зато отличные охотничьи угодья. Но были и соседи. Такие же отшельники хуторяне. Примерно раз в месяц я ходил к местному торгашу. Обменивал патроны на необходимый инструмент и утварь. Я хотел создать крепкое хозяйство, как у Семёна Григорьевича. Только буду жить один. Хотел даже купить корову. Но скотина не позволит охотиться.

На вторую весну отшельничества я шел к своему торговому партнеру. Он обещал достать американские оружейные журналы. От него я узнал, что по слухам в городском гарнизоне дела совсем плохи. Да и вообще, янки заметно приуныли. Китай вместе с Восточно-Азиатской Коалицией вступил в войну с США и НАТО. Снабжение войск заметно сократилось. Полиция разбежалась, прихватив оружие и кое-какое имущество американцев. Набранные, главным образом, из мародеров и бандитов, полицейские вернулись к своему прежнему ремеслу. Грабят и без того скудные конвои пиндосов, да нищих старателей.

Жизнь научила меня не радоваться поражениям врага, а понять, чем для нас это обернется.

Как я и ожидал, через пару месяцев поползли слухи об американской «продразверстке». Голодные янки выгребали запасы мелких хуторов. Тогда как крупные села обзавелись отрядами самообороны и не охотно делились продуктами с захватчиками. Чтобы выжить, хуторяне придумали хитрую систему взаимопомощи. Если в околотке появлялся продотряд, обычно не больше двадцати пехотинцев, мужское население совместно держали оборону.

Так произошло и на этот раз. Сигнальные костры собрали нас на общей дороге. Я немного опоздал, двенадцать часов бежал по тайге. Хутор Беловых пиндосы спалили. Васька сам с семьей еле спасся. Провизия у него по обыкновению хранилась в таежных лабазах. Так что поживиться янки не получилось.