Правда, Розе только восемь лет, но она французская крестьянка; они взрослеют рано…
Так ли уж невозможно ее взять?
Теперь уже казалось жестоко, невозможно — оставить ее здесь.
Полчаса он терзался сомнениями. Наконец, подавленный, измученный, поднялся и побрел назад в гостиницу. Он будто разом постарел на пять лет.
Горничную он встретил на лестнице.
— Я решился, — сказал он с усилием. — Роза может поехать с нами в Англию; я отвезу ее к отцу. Она должна быть готова к отъезду завтра утром, в семь часов.
— А как? В char de combat?
— Нет. Мы поедем поездом.
— И спать будем в поезде?
Хоуард терпеливо покачал головой.
— Я не достал билеты на такой поезд. Может быть, нам и придется спать в поезде, но я надеюсь, что сегодня вечером мы уже выйдем в море.
— На пароходе?
— Да. Пойди почисти зубы. Я приготовил тебе пасту на щетке.
Над гостиницей раздался громовой рев, и над самым вокзалом пролетел самолет. Из окна видно было, как он уносится прочь — двухмоторный темно-зеленый моноплан с низко расположенными крыльями. Откуда-то послышался слабый прерывистый треск, похожий на ружейную стрельбу по отдаленной цели.
Старик сел на кровать, глядя вслед самолету. Не может быть…
— Как низко, правда, мистер Хоуард? — сказал Ронни.
Они никогда не осмелились бы летать так низко. Наверно, это был француз.
— Очень низко, — ответил старик чуть дрогнувшим голосом. — Пойди и почисти зубы.
В дверь постучали, горничная принесла на подносе кофе и булочки. За ней вошла Роза в своем лучшем праздничном платье, в черной соломенной шляпе с большими полями, в узком черном пальто и белых чулках. Видно было, что ей очень не по себе.
— Доброе утро. Роза, — ласково сказал Хоуард по-французски. — Едешь с нами в Англию?
— Oui, monsieur, — ответила девочка.
— Она всю ночь говорила про то, как поедет в поезде, и приедет в Англию, и станет жить у отца, — сказала горничная. — Бедняжка почти и не спала.
Женщина улыбнулась, но губы ее дрожали; Хоуарду показалось, что она опять готова заплакать.
— Ну и отлично, — сказал он и предложил горничной: — Садитесь, выпейте с нами кофе. И Роза выпьет — правда, Роза?
— Merci, monsieur, — сказала горничная, — только мне надо еще приготовить бутерброды, а кофе я уже пила. — Она погладила девочку по плечу. — Хочешь еще чашку кофе, ma petite?
Она оставила с ними Розу и вышла. Хоуард усадил детей и дал им по чашке некрепкого кофе и по булке, намазанной маслом. Они ели очень медленно; он уже покончил с завтраком, а они справились еще только наполовину. Дожидаясь, пока они кончат, он упаковал свой несложный багаж; чемоданчик с вещами Розы стоял возле нее на полу.
Дети все еще заняты были едой. Горничная принесла несколько больших, кое-как перевязанных свертков с провизией на дорогу и молоко в огромной бутыли из-под вина.
— Вот, — сказала она нетвердым голосом.






