Когда взорвалась последняя граната, Мастер-Шеф почувствовал, как задрожал пол под его ногами.
– Получилось! – закричала Кортана. – Надо выбираться отсюда и бежать к лифту на третьей палубе. Он доставит нас к служебному коридору, который проходит через весь корабль. Поспеши!
Шеф спрыгнул на платформу внизу, пристрелил боевую форму и бросился к люку, зияющему справа. Запрыгнув в него, спартанец побежал по коридору. Следующая дверь выходила на площадку, на противоположной стороне которой был виден огромный грузовой лифт.
Услышав, как загудели механизмы подъемника, Джон-117 понял, что задел какой-то переключатель, и стал ждать прибытия лифта. Впервые за несколько часов он не видел непосредственной опасности, грозившей неминуемой смертью. Так что спартанец позволил себе немного расслабиться. Это было ошибкой.
– Ты уверен? – требовательным тоном спросил ’Замамей. Его голос слегка искажался динамиками рации и усилившимися помехами.
Яяп не был уверен ни в чем, кроме того, что поступающие в центр доклады становятся все хуже и хуже. Ковенантов со всех сторон теснили и Поток, и Стражи. Ворчуну показалось, что в его животе неожиданно образовался огромный холодный камень… Яяпа даже начинало подташнивать.
Но в этом он никогда бы не признался, и особенно кому-то вроде ’Замамея, поэтому крошечный солдат постарался сдержать свои эмоции.
– Да, ваше превосходительство. Если сверить полученные отчеты с картами корабля, имеющимися здесь, у человека не остается иного выхода, кроме как воспользоваться люком Е-сто семнадцать, сесть на лифт V-двенадцать шестьдесят девять и подняться на нем к служебному коридору седьмого класса, проходящему вдоль корабля.
– Хорошо поработал, Яяп, – произнес воин элиты. – Мы уже в пути.
Так и не поняв причин этого, невзирая на все пережитые страхи, ворчун почувствовал странную признательность к офицеру.
– Вы бы там поосторожнее, ваше превосходительство. Этот человек крайне опасен.
– Не волнуйся, – ответил ’Замамей. – На моей стороне неожиданность. Это должно уравновесить ставки. Я свяжусь с тобой, как только убью его.
– Конечно, ваше превосходительство, – произнес Яяп.
В трубке раздался щелчок, и ворчун понял, что это был последний раз, когда он слышал голос своего командира. Дело было не в том, что он не верил в способность ’Замамея одержать верх над человеком. Просто Яяп полагал, что все они скоро умрут.
Так что крошечный воин заявил, что отправляется перекусить, покинул центр связи и больше туда не возвращался.
Вместо этого Яяп поспешил загрузить в «Призрак» суточный запас пищи и канистру метана, а затем покинул «Столп осени». Уже через пару минут он обрел то, что столь долго искал: чувство покоя. Впервые за долгие, долгие дни ворчун был счастлив.






