Многие, и Андрей не безосновательно предполагал это, выбрали ее дамой своего сердца, как и подобает настоящему рыцарю. Ревновать? К кому? К мальчишкам, которые все делали от чистого сердца и всей душой, если ненависть, то каждой фиброй своей души, если любить, то до гробовой доски, если быть верным, то до последнего вздоха, до последней капли крови. Нет уж, увольте. Оно, конечно они повзрослеют и во многом их отношение изменится, но вот только более преданных бойцов у него не будет, потому что тот багаж, что заложится в них в детстве, они пронесут через всю свою жизнь.
А зачем ему это нужно, если в скором времени все может очень сильно измениться? Не лучше ли собрать не те две сотни воинов, и полусотню егерей, в которую трансформировалась охотничья артель Жана, а еще одну сотню полноценных бойцов, расходы-то вполне сопоставимы. Но Андрей думал о далекой перспективе, потому как если бы он не верил в то, что империю удастся отправить восвояси, то и не начинал бы весь этот сыр-бор. Мальчишки были его залогом в будущем. А потом, кто сказал, что они останутся в стороне? Они уже принимали участие в боевых походах. Да их роль была вспомогательной, да они не сходились грудь в грудь, но там где они были, лилась отнюдь не бутафорская кровь и опасность была куда более реальной. Испытывал ли он угрызения совести, по этому поводу? Нет. Он многое сохранил в своем багаже из опыта прошлой жизни, но стал более циничен и прагматичен. Плохо? Возможно. Но невозможно всю жизнь проходить в белых перчатках. Будь он таким в прошлом и кто знает, возможно, даже скорее всего, там у него все сложилось бы иначе. Но там не было таких условий в которые он попал здесь, среда накладывает на нас свои отпечатки, вот и его она сильно изменила.
Брук подошел к одному из парнишек и забрав у него карабин сноровисто, практически одним движением отсоединил приклад-баллон, а затем столь же молниеносно его присоединил. Затем медленно показал, какова должна быть последовательность действий, положение рук, кисти. При этом мальчишки сломали строй и во все глаза смотрели за наставником, жадно ловя каждое его слово и движение. А как иначе-то, ведь Брук, Тод и Дот, только эти трое остались в живых из первой шестерки мальцов-стрелков, были ярким подтверждением того, что все их мечты основаны не на пустом месте. Они были самыми молодыми воинами в дружине, и в тоже время уже были в числе ветеранов и на их счету было пожалуй побольше орков, чем у кого-либо другого. В общем-то именно по этой причине все трое сейчас были наставниками у мальчишек, хотя можно было найти и куда более опытных бойцов.






