ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Женщины танцевали и стенали.

Однако привлекшая его внимание песнь доносилась из дальнего конца комнаты, напротив двери. Скай уже достаточно хорошо видел все вокруг и — будто тени обретали форму — различил еще одну фигуру. Он сделал шаг и разглядел ее лучше: голова, скрытая под черным платком, торчащий конец шарфа, болезненно бледная кожа.

Он узнал песню. И догадался, кто ее исполняет. Но все равно раскрыл от изумления рот, когда различил облысевшую голову и лицо, знакомое по видениям.

Чувствуя, что не в силах посмотреть на нее, Скай поспешно отвел взгляд и сосредоточился на источнике света — на пламени свечи в центре заполненной тьмой комнаты.

Оно притягивало к себе. Скай не мог сопротивляться его манящей силе. Он сделал шаг, другой, пока наконец не увидел покойника в центре комнаты. Воск капал на пальцы Люсьена Беллаги, державшего в мертвой руке свечу.

Скай вскрикнул и отступил назад. Круг разорвался, и женщины, теперь три отдельных силуэта, завопили, вначале от страха, потом от ярости. Он представил, как выглядит со стороны: молодой человек в джинсах и футболке, ворвавшийся в чужой дом, помешавший чужому горю. Женщины прокричали что-то, взметнули вверх руки в попытке дотянуться до него, так что Скаю пришлось поспешно отступить. Но хуже, намного хуже было лицо старухи, чей голос завлек его сюда. Покров сполз, и пламя свечи мерцало на облысевшей голове, на раскрытых в муке губах.

— Ты мертв! — прошептала она. — Мертв! Мертв! Зачем ты пришел сюда?

Остальные женщины пододвинулись вплотную к нему. Скай стукнулся о дверь, выскочил наружу и пустился бежать.

ГЛАВА 4

ДЕРЕВНЯ МЕРТВЫХ

Но убежал Скай недалеко. Не мог убежать, даже если бы и хотел. Первое видение из тех, что привели его на остров, воплотилось в реальность — женщина с облысевшей головой, поющая погребальную песнь. Он обязан выяснить, кто она такая.

Люди проходили мимо ниши, в которой укрылся Скай, — дверного проема, давным-давно заложенного кирпичом. Дом покойного Люсьена Беллаги находился за поворотом, однако в узком переулке звуки возобновившихся причитаний отдавались гулким эхом. Когда они наконец стихли, Скай выбрался из убежища и осторожно выглянул из-за угла… Как раз вовремя, чтобы заметить высокую, одетую в черное фигуру, исчезающую за следующим изгибом стены. Выждав несколько секунд, Скай двинулся следом.

Женщина шла очень быстро для своего возраста, низко опустив голову и обхватив себя руками, будто защищаясь от пронизывающего ветра. Холод ощущался только в переулке, за его пределами стоял жаркий сентябрьский день, и, преследуя старуху по улочкам, взбегавшим вверх, а потом спускавшимся с холмов, к которым прилепился город, Скай начал потеть.