ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эйлит, моя жена, как обычно, оказывала мне огромную поддержку, подбадривала и была самым первым проницательным читателем. Мой сын Рэйт научился говорить, пока я писал эту книгу, и теперь он сидит за компьютером и твердит: «Я работаю!» Также должен поблагодарить всех сотрудников магазина «Кидсбукс» в Ванкувере за отличные продажи и за организованную — первую в моей жизни — выставку по мотивам романа «Двойник».

Мой агент в лондонском отделении ICM Кэйт Джонс проявила себя и как замечательный редактор, и как бизнесвумен. То же могу сказать о Каролине Саттон и Маргарет Холтон. В нью-йоркском отделении ICM Ричард Абате и Лиз Фаррелл тоже были великолепны.

Но более всего я благодарен женщине, которой и посвящена эта книга. Нэнси Сиско оказывала мне всяческую поддержку и заражала энтузиазмом, не позволяла расслабиться ни на минуту. Она чрезвычайно остроумный и веселый человек и может подметить всякую деталь, большую или маленькую. Именно она ненавязчиво придала роману его окончательный вид. Фактически она стала этаким призрачным редактором.

И последнее. Мы с Нэнси порой спорим о совпадениях. Она, в отличие от меня, не особенно верит в них. Но то, что большинство людей называют совпадениями, для моей жены теперь просто «другой Хамфрис». Я сталкиваюсь с ними постоянно. Возможно, потому, что всегда готов их заметить.

Вот вам последний пример. Я как раз закончил в черновом виде работу над «Вендеттой» и на следующий день с женой и сыном отправился на короткий отдых. Мы должны были остановиться в небольшом отеле «В&В»,

[38]

расположенном в центре Рима, в старинном разрушающемся палаццо.

Рядом с массивной дубовой дверью имелось с десяток звонков с указанием фамилий или названий контор, располагающихся в здании. Я протянул руку к звонку, возле которого было написано «В&В»… и замер.

Надпись возле соседнего звонка гласила: «Филиппи Чезаре».

Крис Хамфрис

Август 2007 года