ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роми шантажируют, вынуждая... выйти замуж за человека, от которого она без ума. Кто шантажист, что так пугает Роми и почему она не хочет рожать ребенка от любимого мужчины?.. Сердце вне игры Хелен Бьянчин Глава 1 Проливной дождь хлестал по стеклам трамвая, направлявшегося в центр Мельбурна. Октябрь в Южном полушарии — месяц непредсказуемый. В течение дня теплая солнечная погода и холодный дождь могли несколько раз сменить друг друга. «Холод и ливень сейчас очень кстати», — с непривычным для себя цинизмом подумала Роми, когда трамвай остановился и высадил нескольких пассажиров, прежде чем пересечь по мосту реку Ярра. Впереди подобно обелискам из стекла и бетона возвышались здания делового центра. Нажав кнопку звукового оповещения водителя, Роми вышла на следующей остановке и, пропустив несколько машин, пересекла шоссе и оказалась на тротуаре. Внутри у нее все превратилось в болезненный комок нервов, когда она вошла в отделанное мрамором фойе внушительного офисного здания в следующем квартале. Будь у нее выбор, она бы предпочла провести еще один урок английского у дерзких подростков, которыми управляли гормоны, чем встретиться с человеком, в чьих руках судьба ее отца. Хавьер де Васкес, испанец по происхождению, родился в Нью-Йорке и, будучи первоклассным специалистом в области электроники, благодаря своим способностям и деловым качествам входил в число пятисот богатейших людей в мире. Он славился своими безжалостными методами ведения бизнеса, и с ним следовало считаться — как в конференц-зале, так и в постели. «Мне следовало это знать», — подумала Роми. По спине ее пробежала холодная дрожь, когда она в мыслях вернулась на благотворительный прием трехлетней давности, на котором присутствовали несколько топ-менеджеров «Де Васкес корпорейшн», в том числе ее отец. Воспоминания были такими отчетливыми, словно все произошло только вчера. Андре Пикарда, руководителя финансовог

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Забраться к нему на колени, обхватить руками его шею и накрыть его губы своими, а потом взмыть вместе с ним на вершину чувственного наслаждения. Ночи тогда казались ей короткими, а дни тянулись слишком медленно.

Смогут ли они когда-нибудь снова достичь такой идиллии?

Почему-то она в этом сомневалась, но в ее сердце теплилась надежда, что со временем их отношения станут более теплыми.

— В таком случае почему бы тебе не одеться? — предложил Хавьер. — Мы поедем в Сорренто, погуляем там, а затем отправимся в Портси.

Роми очень понравилось, как прозвучало это «мы». Быстро допив кофе, она пошла в гардеробную.

Ее ожидания оправдались. Они отлично провели время, гуляя по галереям и магазинам Сорренто, после чего перекусили в кафе.

Хавьер редко отходил от нее, и Роми бросало в жар всякий раз, когда он к ней прикасался.

Это напоминало ей о том времени, когда он был для нее целой вселенной. Какой же наивной она была, когда считала брак с Хавьером своей заветной мечтой!

Сейчас он стал реальностью, но по неправильным причинам. Ужаснее всего то, что ее раздирали противоречивые чувства. Как можно одновременно ненавидеть его за шантаж и желать воскресить то, что было между ними три года назад?

Это безумие. Нельзя войти в одну реку дважды.

— Ты слишком много думаешь, — сказал Хавьер, загадочно улыбаясь.

— Откуда ты знаешь?

Он прижал палец к середине ее нижней губы.

— Твой внешний вид тебя выдает.

Похоже, все ее попытки сохранять спокойствие оказались напрасными.

— Хочешь поужинать здесь или в отеле?

— Ты даешь мне возможность выбрать?

— Тебя это удивляет?

— Да, — ответила она. — Я бы поужинала здесь.

Уголки его рта поднялись.

— Медлишь с исполнением супружеских обязанностей?

Она не стала притворяться:

— Как ты догадался?

Хавьер вальяжно откинулся на спинку стула.

— И как ее называли одноклассники?

— Лу или Бель было бы вполне нормально, но вот Лубе… Подростки могут быть такими жестокими.

— Но в конце концов она окончила школу и все стали называть ее так, как она предпочитала.

— Конечно, — согласилась Роми. — А как насчет тебя? У тебя было какое-нибудь прозвище?

Она сомневалась, что кто-то осмелился бы дать ему прозвище.

— Нет.

В школе Хавьеру пытались дать грубое прозвище, но он выражал свои протесты с помощью кулаков, из-за чего несколько раз оказывался в кабинете директора и был в шаге от исключения.

— Мое прошлое хорошо задокументировано.

— Да, мне знакома история о том, как плохой парень из низов прокладывал себе путь к успеху и в конце концов стал миллиардером, — произнесла Роми с дерзкой улыбкой. — Вот только он не любит распространяться о трудностях, с которыми ему приходилось сталкиваться на пути.

На его теле были шрамы, говорящие о том, насколько тернист был этот путь.