ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тим видел, как она с шумом выдохнула воздух, как ее плечи опустились.

Уилл вытер лицо и начал отдавать команды, как будто у него были на это полномочия:

— «Скорая». Нам нужна «скорая».

В пяти метрах за его спиной были припаркованы три машины «скорой помощи», но он их не замечал. Руч и Даг подошли и встали по обеим сторонам от него.

Уилл погладил дочь по щеке. Его лицо сморщилось, а потом он раскрытой ладонью, как маской, прикрыл лицо. Он отвернулся и глубоко вздохнул:

— Нам нужна «скорая».

Руч взял Ли за плечи и начал мягко подталкивать ее к «скорой», но она крепко держалась за Тима.

Тим отодвигал ее от себя, но она только крепче сжала руки. Он постарался осторожно разжать ее пальцы. В горле у Тима застрял комок, но он сумел выдавить из себя одно слово:

— Иди.

Ли еще крепче вцепилась в него.

Уилл протиснулся между Ручем и Дагом и скользнул руками за спину Ли рядом с ладонями Тима. Тим наклонился, перемещая вес ее тела на Уилла.

Она взглянула на Тима, в ее серо-зеленых глазах застыл страх, и Рэкли постарался ободрить ее своим взглядом, придать ей сил:

— Иди.

Обвивающие его талию руки разжались.

Уилл подался назад, осторожно утягивая ее за собой. Парамедики тут же оказались рядом с ними. Они подняли Ли в машину, и Уилл нырнул туда вслед за ней. Дверцы захлопнулись.

Тим смотрел на уменьшающийся в размере белый квадратик «скорой», пока он совсем не исчез в темноте.

— Иди, — повторил он.

Дрей подошла к нему, ветер трепал прядку волос у нее на лбу. Она согнула пальцы, нащупала прядку и заправила ее за ухо. Свет фар внедорожника осветил ее глаза, невероятно чистого зеленого оттенка, как прозрачные изумруды, — такого оттенка он нигде больше не видел за все тридцать четыре года своей жизни.

Тим взглянул на легкую округлость ее живота под водолазкой и почувствовал, что в горле у него застрял комок, а на глаза наворачиваются слезы. Она уже сделала движение к нему навстречу, и он прижался к ней, зарылся лицом в ее шелковистые волосы, пахнущие жасмином.

— Пойдем, я отвезу тебя домой, — сказала она.