ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ли стояла, склонившись над аппаратурой, как пианистка. Своими длинными тонкими пальцами она нажимала какие-то кнопки и поворачивала рычажки. Ее умение и собранность свидетельствовали о том, что забрать ее будет не так-то просто: вырвать прозомбированного члена секты из лап товарищей — задача не из легких. Ли подняла глаза, кончики ее волос заблестели теплым медным оттенком. Их взгляды встретились, Ли улыбнулась, и Тим на секунду увидел мелькнувшее на ее лице милое выражение. Потом прямо перед ним возникла фигура, полностью заблокировав ему обзор.

Тим выступил обратно на свет. Он увидел крупного высокого парня с мощной мускулатурой, стоящего перед занавеской. Из-под раскрытого ворота его рубашки были видны медные проволочки с нанизанными на них бусинами. Он точно подходил под описание парня, который помогал Ли с переездом.

— Простите, я вас не заметил, — сказал Тим.

— Сюда нельзя, — ответил парень.

Тим почувствовал резкий толчок, в бедро ему уперлось что-то жесткое и металлическое — спрятанное под одеждой оружие? И он оказался на полу.

Рэкли молча поднялся на ноги — громила не потрудился протянуть ему руку.

— Простите. Я не знал, что в эту секцию пускают не всех. Меня зовут Том Альтман.

Мужчина, с которым Тим пытался общаться, стоял, не двигаясь и даже не моргая:

— Вернитесь к остальным.

Свет на звукооператорском пульте потух, и очертания Ли скрылись в темноте.

— Я не расслышал, как ваше имя? — Тим застенчиво улыбнулся. — Я здесь еще никого не знаю.

— Скейт Дэниелс. Мы здесь… э-э… готовимся.

Из колонок донесся мягкий голос:

— Прошу всех занять свои места.

Тим кивнул и отошел, присев в зале на свободный стул. Другие участники семинара тоже стали занимать свои места на стульях, расставленных полукругом. Из колонок снова полилась спокойная музыка. У Тима со лба градом катился пот, он вытянул руку, чтобы проверить закрепленные на потолке кондиционеры, и с удивлением обнаружил, что они работают на полную мощность. Рэкли снял свою теплую зимнюю куртку и засунул ее под стул.

Музыку сменило мерное постукивание барабана. Ничего еще не началось, а Тим уже устал от духоты и от ожидания, на что, впрочем, все и было рассчитано. Сидящие вокруг него люди казались неестественно расслабленными, вне всякого сомнения, причиной тому было то, что добавляли в пунш.

У поднявшейся на сцену пары были одинаково светлые волосы, кожа и чуть тяжеловатые подбородки. Они словно сошли с немецких пропагандистских плакатов сороковых годов прошлого века.

— Привет, я Стэнли Джон.

— А я Джени.

Стэнли Джон подмигнул толпе и поправил закрепленный на голове микрофон.

— Эта Программа была разработана нашим учителем Террансом Дональдом Беттерсом в ходе многолетних исследований. Скоро у вас появится возможность познакомиться с ТД.