Юрка бежал изо всех сил. Проводницы поднимались на ступеньки, оттесняя пассажиров в тамбуры. Юрка добежал до последнего вагона перед багажным, поезд беззвучно тронулся, и тут он увидел ее. Юливанна выглядывала в оконную щель и еле заметно махала кистью руки. Юрка сорвал кепку и отчаянно замахал. Юливанна его не заметила, она прощалась не с ним. Юрка повернул голову. В двух шагах стоял Сенька-Ангел и, подняв руку, прощально покачивал ладонью. Вагоны ускорили бег, колеса защелкали на стыках. Семен повернулся, увидел Юрку.
— А, солдат? — сказал он. — Привет, привет!
— Эх, — сказал Юрка, — уехала, а я не успел…
— Уехала, — подтвердил Семен, — хватит ей тут мучиться… Постой, а ты откуда взялся? — Юрка стесненно пожал плечами. — И чего это тебя так обтянуло? Больной, что ли?
— Не, так… — сказал Юрка. — Я из дому убежал. Совсем.
— Как это — совсем?
— Ну, когда ты с Юливанной приходил, вы как ушли, я им и сказал, какие они все гады… Ну, побили меня, я и убежал…
— Постой, так это когда, это ж дней десять назад? Где ж ты все это время был?
Юрка промолчал.
— Понятно. От такой жизни обтянет. Пошли.
Семен привел его в зал с вывеской «Буфет-ресторан». Юрка стеснялся сесть за столик, но Семен потянул его за рукав, он сел, но сейчас же спохватился, снял кепку и сунул ее под себя. В буфете было пусто, только за двумя столиками, уставленными пивными бутылками, шумели раскрасневшиеся мужчины.
— Какая у вас еда есть, чтобы не ждать? — спросил Семен официанта.
— Котлеты рубленые. С макаронами.
— Давайте котлеты рубленые. — Семен оглянулся на Юрку и добавил: — Две порции.
— Лучше просто хлеба… — шепотом сказал Юрка.
— Правильно — и хлеба. Побольше.
Юрка, не жуя, давясь, глотая макароны, подталкивал их в рот кусками хлеба. Семен катал хлебный шарик и на него не смотрел. Юрка был этому рад — он стыдился жадности, с которой ел. Котлеты он оставил напоследок и съел, когда подчистил тарелку куском хлеба.
— Ну, заправился малость? — спросил Семен.
— Во! — сказал Юрка и провел большим пальцем по горлу. Ему казалось, что он сейчас лопнет.
— Ну, пошли, больше тут делать нечего.
Юрка украдкой оглянулся по сторонам, сгреб оставшийся на тарелке хлеб и запихал в карман. Семен сделал вид, будто не заметил.
— Ну, чего ты ел — по тебе видно. А спал где?
— На скамейках, — сказал Юрка, — или на пляже, на лежаках.
— Лихо!.. А зимой тоже на пляже будешь?
Юрка не ответил.
— Я в ремесленное хотел, — помолчав, сказал он. — Только там — осенью. И документы нужно. И в интернат документы…
— М-да, — сказал Семен, — все до этих клятых бумажек приклеены. Как мухи до липучки.
Они остановились возле Семенова «газона», уткнувшегося задними колесами в бровку тротуара.
— Садись, поехали, — сказал Семен, открывая дверцу.
— Куда? — спросил Юрка и попятился. — Я домой не поеду.






