ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тонкий, умный, захватывающий детектив. Успешного бизнесмена обвиняют в убийстве собственной жены. Ему нужно найти убийцу до того, как полиция поймает его самого. Расплата Ли Ванс Эта книга — художественное произведение. Имена, персонажи, место действия и описанные ситуации являются плодом авторской фантазии. Любое сходство с реальными людьми, событиями или местностью абсолютно случайно. Кейша открывает дверь, а я все еще стою на четвереньках, выуживая мяч из-под дивана. — У тебя Джош по персональной линии. Он хочет срочно с тобой поговорить, — сообщает она, поднимая глаза к потолку. Джош — мой босс, глава фирмы «Кляйн и Кляйн», бывший банкир из промышленных штатов, который постепенно стал корчить из себя турецкого пашу. У него всегда все срочно. Пожалуй, скоро он начнет говорить о себе в третьем лице. Я снимаю трубку. — Говорит Питер Тайлер. — Переключаю на Джоша, — шепчет его запыхавшийся секретарь. — Переключаю на Джоша, — говорю я Теннису, блокируя микрофон на трубке. — Это каким надо быть идиотом, чтобы не уметь звонить самостоятельно? — Ни гроша ему не давай, — предупреждает Теннис. — Третий квартал заканчивается в следующую среду. Мы уже выполнили бюджет, и я хочу войти в сезон премий при попутном ветре. — Питер, — гудит в трубке грубоватый голос, — как у нас сегодня дела? — Нормально, — отвечаю я, резко снижая громкость передачи на телефоне. Должно быть, все бывшие клиенты Джоша в конце концов оглохли. — Доллар падает, баррель растет, облигации колеблются. В общем и целом все хорошо. — Превосходно, — говорит Джош, хотя по голосу не скажешь, что он особенно доволен. — Сегодня утром я немного обеспокоен. Я тут смотрю на отчет по рискам компании… — Весьма сожалею, — отвечаю я, мысленно добавляя: «что ты ничего не понимаешь». — И в чем заключается проблема? — Отдел финансового контроля считает, что кривая нашего японского кредита слишком забирает вверх. На нас уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Проходит полминуты, и меня охватывает смутное беспокойство. Теннис вопросительно поднимает бровь.

— Он говорит с кем-то еще, — отвечаю я. — Наверное, дела государственной важности.

Теннис ухмыляется. Резкий щелчок возвещает, что Джош снова на линии.

— Кое-что случилось, — быстро говорит Джош, проглатывая окончания. — Мне нужно уйти.

— Что стряслось?

— Извини, — бормочет он. — Мне правда очень жаль.

И отключается. Ничего не понимая, я смотрю на свою трубку и небрежно бросаю ее на стол. Чувство беспокойства во мне растет.

— И чего он звонил? — спрашивает Теннис.

— Без понятия. Джош звонил мне, чтобы сообщить, что Терндейл расспрашивал о клиенте, которого я привел к нам в прошлом году, но потом нас прервала его секретарь, после чего Джош заявил, что ему надо уйти, а голос у него при этом был такой, будто ему хвост подпалили.

— Наверное, какой-то журналист неправильно написал его фамилию.

Я автоматически улыбаюсь, но мое внимание привлекает неожиданное движение в отделе трейдинга. Ева Лемонд и какие-то мужчина и женщина, которых я раньше никогда не видел, идут к столу Кейши. Мужчина выглядит, как каменщик, принарядившийся для визита к менеджеру банка, в котором он хранит свои сбережения, а женщина — как будто играет главную мужскую роль в студенческой постановке. Когда они подходят, Кейша смотрит вверх.

— Питер! — обеспокоенно восклицает Теннис.

Я делаю ему знак замолчать и продолжаю наблюдение. Кейша несколько секунд слушает, а затем поворачивается и смотрит на меня; выражение ее лица — как кинжал в мое сердце.

— Что случилось? — снова спрашивает Теннис.

— Не знаю, — отвечаю я, однако боюсь, что догадываюсь. Со мной уже такое случалось — когда мне было пятнадцать. Время начинает течь как в замедленной съемке, и я смотрю, как Кейша подводит визитеров к моей двери. Все происходит так медленно, что я успеваю рассмотреть и золотые значки на поясах незнакомцев, и слезы, уже смывающие тушь Кейши, и деланное выражение сочувствия на лице Евы. Мужчина и женщина заходят в мой кабинет и говорят, что произошло. Перед глазами у меня все плывет, словно на экране телевизора с низкой частотой развертки: Кейша — желтое пятно за дверью; двое копов неловко ерзают в креслах в моем кабинете; Ева исчезает и появляется вновь, как Чеширский бюрократ. Теннис стоит рядом со мной, его рука сжимает мою, на лице блестят слезы. Я сижу за своим столом, стараясь как можно сильнее выпрямить спину, и пытаюсь не вникать в новости, чтобы держать себя в руках. Слова пробиваются сквозь помехи в моей голове, как низкочастотный радиосигнал, который прорывается через грозовой фронт, покрывший территорию всей страны, — то появляясь, то исчезая.

— Господин Тайлер, — говорит мужчина-полицейский.