ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Их любовь заранее обречена, ведь они такие разные», — можно было бы сказать о героях романов Лайзы Хоган. И действительно, что общего у преуспевающего директора рекламного агентства с певичкой, работ... Против правил Лайза Хоган 1 Ричард Кембелл стоял у окна банкетного зала клуба «Пеликан», время от времени недовольно поглядывая на часы. Ну и где эта, с позволения сказать, стриптизерша? Ребята ждут. Праздник уже достиг той степени буйного веселья, когда разгулявшиеся друзья жениха жаждут чего-нибудь этакого. И долг распорядителя праздника — в данном случае Ричарда — состоял в том, чтобы им это самое «этакое» предоставить. Тем более что стриптиз входил в программу. Положа руку на сердце, сам Ричард подобных увеселений отнюдь не обожал. И в общем и целом жалел, что поддался напору и позволил уговорить себя заказать стриптизершу. Но, проявив слабину, теперь должен был, как человек слова, выполнить обещанное. Тем более что сегодня не просто обычная дружеская вечеринка, а мальчишник Билла Хантера, лучшего и самого давнего друга Ричарда. Только Билл по-настоящему знал и понимал его. Еще бы, ведь вместе им пришлось пройти примерно один и тот же путь. Хотя ему, Ричарду, удалось, пожалуй, достичь куда более высоких вершин. Удастся ли удержаться там — вот в чем вопрос. Последний год выдался невероятно тяжелым. Не успеешь выбраться из одного цейтнота, глядь, а ты уже в самом центре следующего. Поневоле забудешь, что такое «суббота» и «воскресенье». Видимо, исполнительному директору одного из ведущих рекламных агентств Гастингса о выходных лучше вообще не думать. Как, кстати, и о личной жизни. При катастрофической нехватке времени за прекрасной дамой не поухаживаешь. Да и какая прекрасная дама примирится с тем, что на первом месте у ее кавалера все равно стоит работа? Разве что коллега. Но Ричард успел на собственном горьком опыте убедиться в справедливости общеизвестной истины:

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Он нежно погладил ее по лицу, стараясь передать ей свою уверенность: им нужно, непременно нужно быть вместе! — А чего хочешь ты?

По щеке молодой женщины скатилась вторая слезинка. В глазах промелькнул тоскливый огонек — как у ребенка, который глядит через стекло витрины на сладости, которые ему недоступны.

— Я бы хотела быть той, которая тебе нужна, Ричард. Но я не та. — В глазах ее сверкнула решимость.

— Почему? Разве не мне судить?

— Ты можешь судить ошибочно. Вдруг это просто-напросто реакция на удачный секс?

Ричард прекрасно знал, что это не так. Он был абсолютно уверен в себе. Но как объяснить это ей?

Флоренс шмыгнула носом и сердито вытерла слезы со щек.

— И вообще, — продолжила она, — ты только вспомни, что сказал. Ты хочешь быть со мной сегодня, завтра, послезавтра. Отлично! Но что будет потом? Вспомни, как ты злился на меня еще несколько дней назад.

— Да просто потому, — горячо возразил ей Ричард, — что тогда я еще пытался закрывать глаза на свои чувства, считал, что карьера для меня важнее всего. Но с этим покончено. Я уже достиг достаточно высокого положения в агентстве и могу позволить себе расслабиться, не следить каждую минуту за поддержанием имиджа. На что нужны деньги, если на них нельзя приобрести главного — свободы быть таким, каким хочешь?

Чем больше Ричард говорил, тем убедительнее казались ему его собственные слова. Но, кажется, купился на них только он один.

Флоренс снова покачала головой и шагнула назад, словно хотела установить дистанцию между ним и собой.

— Ричард, ну как ты не понимаешь? Допустим даже, ты не станешь и дальше двигаться вверх по служебной лестнице. Но ты и так достиг весьма завидного положения, вынужден постоянно находиться на глазах общественности. А я, как ты, наверное, успел заметить, не из тех девушек, которых принято брать с собой на светские рауты. Рано или поздно я умудрюсь нарушить протокол, и тогда между нами все будет кончено. Тебе это грозит горьким разочарованием, а мне разбитым сердцем. Прости, но это не для меня.

Она резко повернулась, но Ричард схватил ее за руку.

— Да говорю же, отныне работа в моей жизни не главное! Черт возьми, может человек пересмотреть свои приоритеты или нет? Теперь верхнюю позицию в моем списке занимаешь ты и только ты.

Флоренс на несколько мучительно долгих секунд прикрыла глаза. Ричард испугался даже, не собирается ли она заплакать, но вместо рыдания с губ молодой женщины сорвался горький смешок. Серые глаза вспыхнули злым огнем.

— Оно и видно! То-то ты изъясняешься терминами «пересмотреть приоритеты», «верхняя позиция в списке». Как будто мы на переговорах. А как насчет слияния капиталов? Прости, Ричард, все это только слова, к тому же слова из лексикона неисправимого бизнесмена.