Надо сказать, особое внимание в своей речи он уделил ей, не пожалев хвалебных эпитетов для «нового открытия: потрясающе талантливой певицы, которая еще и музыку сочиняет, танцует да и вообще красавица». Так Нил выразился в присущем ему стиле. Флоренс неожиданно почувствовала себя в центре внимания, но обрадовалась куда меньше, чем обрадовалась бы в иных обстоятельствах. Голова ее сейчас была занята другой мыслью. Куда же подевался Ричард?
Скоро она получила ответ на свой вопрос. На сцене установили большой экран, по которому уже заскользили знакомые кадры. Полились звуки музыки — до чего же ново и странно они звучали для ее уха здесь и сейчас! Но что это? К ее голосу вдруг примешался другой — низкий, безумно сексуальный баритон. Ричард? Не может быть.
Но это был именно он. Словно для того, чтобы развеять ее сомнения, исполнительный директор «Пути к успеху» появился на сцене лично. И в каком виде!
Голову Ричарда венчала огромная чалма, украшенная надо лбом большим красным камнем. На ногах — расшитые золотом и серебром туфли с высокими загнутыми носами и пестрые шаровары, стянутые на поясе широким кушаком. Завершала причудливый наряд восточная жилетка, надетая — Боже правый! — на голое тело. Флоренс ахнула. И не она одна. Казалось, все присутствующие женщины от двадцати до восьмидесяти лет включительно так и впились глазами в этого статного мужчину, красоту которого лишь подчеркивал экзотичный наряд.
— Волшебный вихрь тебя унес навстречу воплощенью грёз, — повторил Ричард последние строчки песни, останавливаясь на самом краю сцены, как раз напротив того места, где стояла Флоренс.
Его горящий выразительный взор был устремлен на нее. Флоренс затаила дыхание. Этот взор не мог лгать. Ричард хотел ее, хотел столь страстно, что не побоялся показаться в подобном, мягко говоря несолидном, виде на глаза самой что ни на есть солидной публики, ведь многие из гостей наверняка были его деловыми партнерами или клиентами. Но он не стал считаться с возможными последствиями, презрел соображения карьеры ради нее, Флоренс.
Молодая женщина почувствовала, как в сердце зарождаются ростки новой надежды, еще слабые, но крепнущие, набирающие силу с каждой секундой. Глаза вдруг защипало от слез, но это были слезы счастья.
А через миг Ричард уже спрыгнул к ней, раскрывая объятия. И она уже ни о чем не раздумывала — птицей влетела в эти распахнутые руки, припала к груди любимого. Он подхватил ее и снова вскочил на сцену, прижимая молодую женщину к себе, нежно и властно одновременно.
— Леди и джентльмены, — обратился он к собравшимся. — Грёзы сбываются наяву, а не только в рекламных роликах.






