ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Холт Ролинс оставил Нью-Йорк, бросил любовницу, успешную карьеру и семью только затем, чтобы перебраться в лесную глушь и поселиться на ранчо, оставленном ему в наследство отцом. Он и не подозревал, ч... Солнце взойдет Патрисия Тэйер ГЛАВА ПЕРВАЯ Наконец-то, она дома! Ли Кинан взволнованно вздохнула, ведя машину по узкой дороге среди гор Колорадо к месту, где она надеялась найти пристанище, к ее родному городу Дестини, где она выросла, окруженная любовью своих двух сестер и приемных родителей. Двадцать семь лет прошло с тех пор, как она, Морган и Пейдж были оставлены у порога гостиницы четы Кинанов. Три года, что она отсутствовала, не прошли даром. Жестокость, царившая в мире за пределами маленького города, вытравила жизнерадостность и наивность молоденькой девушки. Вот уже целый месяц она боролась с воспоминаниями, и все безуспешно. Воспоминания-ужасы о войне, идущей в странах Ближнего Востока, где она делала снимки для журнала «Наш мир». Совсем недавно закончились съемки фильма о бездомных, чьи дома разрушило землетрясение, по материалам, которые также делала она. Что самое ужасное, там были дети! Раздался гудок встречной машины, и в последнюю секунду Ли успела свернуть в сторону. Дрожащей рукой она заглушила мотор. В наступившей тишине стал слышен гулкий стук ее сердца. Она вышла из машины и полной грудью вдохнула чистый горный воздух. Все вокруг было знакомым и родным. Почки белых тополей, растущих вдоль дороги, уже распустились, давая знать, что на юге Колорадо наступила весна. Ее глаза обратились в сторону горной цепи Сан-Хуан. На фоне белоснежных вершин скалистых гор огромные сосны, растущие по склонам, казались совсем темными. Величие и покой природы передались ей, и Ли постепенно пришла в себя. В памяти возникла девочка, которая своим бесстрашием пугала родителей, когда она часами пропадала в лесу, что соседствовал с задним двором. Она улыбнулась, вдруг почув

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Холт без сил прислонился к стене.

— Почему я ни разу к нему не приехал? — прошептал он в тишине чердака и посмотрел на коробки у своих ног.

Преисполнившись решимости докопаться до истины, он скрупулезно открывал коробку за коробкой. В одной из них он нашел решение о расторжении брака и еще один документ.

— Запретительный судебный приказ, — начал он читать вслух. — Решением суда Джон Ролинс отстраняется от воспитания своего сына Холта Ролинса и в течение тридцати лет ему запрещается искать встреч с Элизабет Ролинс и своим сыном от первого брака.

Холт долгое время непонимающе смотрел на документ в его руках. Либо этот документ фальшивый, либо, либо его мать лгала!

Он сел рядом с коробками, сжал ладонями виски и попытался вспомнить что-нибудь из своего детства. Память неохотно, но расставалась со своими воспоминаниями. Он вспомнил, как расспрашивал мать об отце, ее постоянные отговорки и просьбу не говорить о папе при дедушке. Дедушка…

Он рассеянно посмотрел на фамилию судьи и резко выпрямился. Гарольд Клейтон-младший был сыном его старинного друга, тоже в прошлом судьи, который был на пенсии.

Боль запульсировала в висках. Он рывком поднялся и подошел к окну. Дыхания не хватало, перед глазами все помутилось. Наконец старая щеколда подалась, и ему в лицо ударил резкий порыв чистого горного воздуха. Дышать сразу стало легче, застилавший глаза туман рассеялся, в голове прояснилось.

Его дед, Маккензи Першинг, деспотичный, эгоистичный старик, умер несколько лет назад. Его единственная дочь и мать Холта Элизабет Першинг Ролинс никогда не осмеливалась ему перечить. Разве что однажды, когда вышла замуж за Джона Ролинса, но ее смелости ненадолго хватило.

— Как ты, сынок? — раздался вдруг голос Зака.

— Почему ты не показал мне этих писем раньше? — сглотнув, спросил Холт, когда Зак остановился рядом с ним.

— Джон просил.

— Но почему? — Слезы подступили к глазам, и он сердито смахнул их рукой. — Все эти годы…

— Все эти годы Джон ездил в Бостон, невзирая на запрет.

Холт резко вскинул голову.

Зак с мягкой улыбкой продолжал:

— Он приезжал, становился напротив дома твоего деда и ждал, когда увидит тебя. Когда он возвращался, разговоры о тебе не прекращались несколько дней.

— А когда я подрос?..

— Он приехал в тот день, когда ты окончил школу, но случайно натолкнулся на Элизабет, — помолчав, сказал Зак. Улыбка сошла с его яйца.

— На маму?

— Да. Джон приехал сам не свой. Лишь через несколько дней он неохотно поделился со мной, что произошло. Оказывается, она сказала ему, что ты не хочешь его видеть и ненавидишь его.

— И отец поверил? — недоверчиво спросил Холт. Зак пожал плечами.

— Ты был уже взрослый и ни разу не позвонил ему и не проявил к нему никакого интереса.