ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Чертовка», — пожалуй, самое радикальное во всей обширной библиографии Томпсона художественное высказывание, история любовной одержимости, экранизированная французским режиссером Аленом Корно... Чертовка Джим Томпсон 1 Я уже вышел из машины и спешил к дверям, когда увидел ее. Она выглядывала из-за штор — вспышка молнии на миг озарила темное стекло, и получился ни дать ни взять портрет в рамке. И этот портрет никак нельзя было назвать красивым; она так же мало походила на сногсшибательную красотку, как я — на красавца. Но что-то меня зацепило. Тут я запнулся о трещину в асфальте и едва не растянулся. Когда я поднял взгляд, она уже исчезла и даже шторы не колыхались. Я прихрамывая поднялся по ступенькам, поставил чемодан с образцами и позвонил в дверь. Потом отступил и стал ждать, заготовив широкую улыбку и обводя взглядом двор. Этот большой старый дом располагался где-то в полумиле от университетского кампуса и был единственным зданием в квартале. Судя по виду и местоположению дома, наверное, когда-то он был фермой. Я снова нажал на кнопку звонка. И, не отпуская пальца, прислушался к затухающему в доме трезвону. Тогда я отвел защитную сетку и принялся колотить в дверь. А что поделать, если работаешь на «Рай низких цен». Привыкаешь, что при твоем появлении люди прячутся. Дверь распахнулась, когда я еще продолжал по ней колотить. Едва взглянув на даму, возникшую на пороге, я быстро отпрянул. Это оказалась не та молодая крошка, что с загнанным видом выглядывала сквозь шторы. Нет, это была старая баба, с клювом как у ястреба и близко посаженными злобными глазками. Ей было лет семьдесят — не думаю, что можно стать такой уродиной раньше чем в семьдесят, — но выглядела она весьма здоровой и крепкой. Она держала в руках тяжелую палку и вроде как была готова кого-нибудь ею шандарахнуть. Да что кого-нибудь — меня. — Извините за беспокойство, — быстро сказал я. — Позвольте

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А может, послезавтра. Зайти я могу в любой день, так что не пытайтесь меня обмануть, если пальто вам и вправду нужно.

Она пообещала, что ни в коем случае не обманет.

Я открыл дверь и бегом рванул к машине.

По-прежнему хлестал дождь. Можно было подумать, что он никогда не перестанет. А я теперь задолжал компании еще тридцать три доллара. Тридцать два доллара и девяносто пять центов, если быть точным.

— Долли, ты молоток, — сказал я себе. — Да, Диллон, все у тебя в ажуре… Думаешь, этот Стейплз — дурак? Думаешь, он поэтому получил такую работу, где должен присматривать за типами вроде тебя? Думаешь, во всей сети «Рай низких цен» найдется более подлый и жестокий сукин сын, чем он?

Чтоб я провалился, подумал я. Чтоб я дважды провалился, да ко всем чертям.

Потом я завел машину и поехал. Была еще только половина пятого. Оставалась куча времени, чтобы добраться до оранжереи и поймать Пита Хендриксона прежде, чем он уйдет с работы.

И если Пит не будет хорошим мальчиком…

Внезапно я усмехнулся своим мыслям. Усмехнулся и тут же нахмурился… Пит тоже имел дело с бедняжкой Моной — я готов был поставить на это свои кровные. Если бы старуха попыталась расплатиться с ним таким способом, Пит не отказался бы. Пусть он в долгах как в шелках, пусть я вынужден бегать за ним по всему городу, — но он сделал бы это. А если даже и не сделал, все равно он последняя дрянь.

И мне нужен каждый цент из того, что он нам задолжал.

Я припарковался перед оранжереей, то есть перед конторой. Сунул руку в бардачок машины, достал оттуда кипу бумаг и быстро их пролистал.

Я нашел договор Хендриксона о покупке, в котором также закреплялась передача прав на его заработок. Этот пункт нужно было еще поискать, ведь напечатали его мелким шрифтом, но я нашел. Все было законно и безупречно.

Я отнес договор в контору и показал его хозяину Пита. Он тут же выдал мне деньги, точно игровой автомат. Тридцать восемь долларов — и никаких возражений. Он пересчитал их передо мной, потом я стал их пересчитывать, а он прямо в моем присутствии приказал своему конторщику сходить за Питом.

Я быстро пересчитал наличные и хлопнул пачкой о стол.

Хозяева очень не любят, когда кто-то приходит и требует, чтобы ему отдали деньги задолжавших подчиненных. Хозяевам неприятно, что их беспокоят, и они, конечно же, недолюбливают подчиненных, которые причиняют им беспокойство. Питу наверняка укажут на дверь. Я подумал, что мне лучше быть в другом месте, когда это произойдет.

Я проехал несколько кварталов и остановился возле пивной. Заказал там кувшин пива, отнес его в дальний закуток и залпом ополовинил. Потом разложил на столе пустой бланк и оформил договор продажи наличными на имя Моны Фаррел, на сумму тридцать два девяносто пять.

Одной проблемой стало меньше.