Напротив, Робер Лаволле полагал, что, хотя в рукописях «Мемуаров» фактически не содержится собственных пометок Ришельё, окончательная редакция осуществлялась самим кардиналом, который не мог, по мнению исследователя, не интересоваться тем, какую окончательную форму будет иметь труд, посвященный его политике.
Совершенно иной была точка зрения Луи Баттифоля, полагавшего, что Ришельё не имеет никакого отношения к составлению «Мемуаров»
>21
.
Вскоре в статье П. Бертрана «Подлинные и фальшивые мемуары кардинала де Ришельё»
>22
был сделан вывод, являвшийся компромиссным по отношению к двум противоположным точкам зрения различных исследователей, одни из которых считали, что «Мемуары» были составлены после смерти кардинала, другие же настаивали, что редакция была полностью осуществлена при жизни Ришельё и — в значительной части — им самим. Бертран полагал, что при жизни кардинала был отредактирован текст, содержащий описание событий 1624–1630 гг.
Не останавливаясь на подробном описании дальнейших дискуссий, представляется необходимым добавить еще два мнения.
В предисловии к шестому тому «Мемуаров» Габриэль Аното высказал мнение о том, что споры о подлинности «Мемуаров» возникли из-за неверного понимания значения этого слова для той эпохи, когда возник труд, о котором идет речь. Современное значение слова «мемуары» возникло лишь в XVIII в.; в XVII же под ним понимали сборники документов, имевших отношение к деятельности какого-либо лица. Ришельё собирал документы с целью составить некий труд, посвященный истории его времени, но не намеревался дать ему название «Мемуары». Этот титул появился лишь в XIX в. по инициативе издателя. На наш взгляд, теория Аното является наиболее убедительной.
Три года спустя, в 1928 г., появилась статья М. Делоша «Подлинные мемуары кардинала де Ришельё»
>23
. Он считал, что Ришельё осуществил редакцию частей, относящихся к 1600–1610 и 1620–1623 гг., и что подлинными «Мемуарами» можно считать тексты, датируемые периодом до 1623 г.
В целом на основании вышеизложенных концепций, несмотря на их видимую противоречивость, можно сделать некоторые выводы. Прежде всего следует учесть высказанное Аното замечание о значении термина «мемуары» и о том, что это название было дано вышеуказанной работе лишь ее издателем в XIX в.
Ришельё, возможно, и не писал всего текста «Мемуаров», а отобрал для него материалы, над которыми трудились его секретари. Однако текст содержит документы, составленные им лично, в частности, его речь на заседании Генеральных Штатов 1614 г. Об этом можно судить уже хотя бы по тому, что Ришельё вскоре после закрытия Штатов отдал в одно из парижских издательств текст этого выступления, снабженный его собственными примечаниями.






