ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В светском семействе Лангмюров младшая дочь Санди считается «паршивой овцой». Девушка не обладает ни талантом отца, ни умом матери, ни красотой старших сестер. Но однажды она отправляется в путешестви... Доверие Гвинет Рамон 1 Санди некоторое время с недоумением прислушивалась к голосу, звеневшему в телефонной трубке. Наконец до нее дошло, что этот высокий женский голос не просто спешит и захлебывается, что уже само по себе делает речь невнятной, но и произносит слова на испанском языке. Санди жестом подозвала к телефону старшую сестру Беатрис. В отличие от своей младшей бесталанной сестрицы та была выпускницей оксфордского колледжа Крайстчерч и владела несколькими иностранными языками. Испанского языка, как и любого другого, кроме своего родного английского, Санди не знала. Но по тревожному тону сестры поняла: что-то стряслось. И Беатрис подтвердила это, положив трубку. — Представляешь, папина тетя Джейн, та самая, что уехала лет десять назад в Испанию, умудрилась сломать ногу. Придется лететь тебе, больше некому. Тем более что у тебя есть опыт ухода за больными старушками. — Но я же не знаю испанского! — Ничего, сориентируешься. Я дам тебе денег на переводчика. Собирайся. Беатрис была как всегда решительна и лаконична. Ей и в голову не пришло, что Санди может возразить. Все остальные члены делового семейства ее дружно поддержали. И Санди, как единственный в семье никчемный человек, не занятый карьерой и не имеющий личной жизни, была отправлена на помощь ко всеми забытой старушке, двоюродной тетке отца, на маленький испанский остров в Средиземном море. Когда Санди Лангмюр приходилось летать самолетом, она старалась взять билеты подешевле, не гнушаясь и чартером, если на этом можно было сэкономить. Но сегодня ей предстоял комфортабельный полет регулярным рейсом, да еще в бизнес-классе, поскольку поездка была срочной и более дешевых билетов не оказалось. Июнь — излюбле

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Старая женщина, казалось, спала. Но стоило врачу тихо назвать ее имя, как веки больной дрогнули, и она взглянула на вошедших, сказав что-то по-испански. Насколько могла догадаться Санди, ее слова означали: «Ну что еще? Можно хоть на минуту оставить меня в покое?»

— К. вам посетитель, мисс Дэйвид, — произнесла докторша по-английски. — Эта молодая леди утверждает, что она ваша родственница. Я оставлю вас одних.

Санди подошла ближе к кровати.

— Здравствуйте, тетя Джейн. Вы меня помните?

— Конечно, Александра… ты младшая из дочерей Майкла. В последнюю нашу встречу у тебя был мышонок по имени Солнечный зайчик. Я в здравом уме, это только нога меня подвела. А мозги, в отличие от некоторых, в полном порядке.

Этот не совсем приветливый ответ тетушки Джейн показал, что, утратив физические силы, она сохранила ясный ум и свою знаменитую язвительность, которая в свое время заставляла трепетать даже мать Санди.

— Подвинь-ка сюда стул, — велела она внучатой племяннице. — Почему прислали тебя? Почему Майкл не приехал сам?

Когда Санди подошла к справочной, Мартин поднялся ей навстречу, вопросительно вздернув черные брови.

Она закатила глаза и изобразила шатающуюся походку.

— Ух, мне учинили форменный допрос!

— Давайте выпьем где-нибудь кофе. — Он увлек Санди к выходу, слегка поддерживая ее за локоть.

— Что случилось? Мисс Дэйвид была не рада видеть вас?

— Думаю, что да. Такое чувство, будто меня допрашивал прокурор. Во время нашей предыдущей встречи она почти не обращала на меня внимания. В этот раз мне пришлось на себе испытать все прелести ее упрямого характера.

— Уверен, вы ей понравились. Иначе и быть не может. Вы располагаете к себе людей. — Санди почувствовала, как пальцы Мартина мягко сжали ее руку выше локтя.

Если минуту назад она лишь изображала слабость в ногах, то теперь ощутила ее на самом деле. Но на этот раз постаралась себя не выдать. О Боже, ее пугала привлекательность Мартина. Если сегодня будет ужин с вином, — а она не сомневалась в этом, — ей следует соблюдать осторожность. Ведь и в трезвом виде она готова поддаться его воле. А уж пара бокалов вина совершенно расслабит ее.

— Каково физическое состояние тети? — спрашивал между тем Мартин, когда они шли к машине.

Санди пересказала разговор с врачом, добавив:

— Я думаю, что Джейн — так она просила называть себя — испытывает довольно сильную боль, тем не менее она отказывается принимать обезболивающие или успокоительные средства. Тетушка не желает «пичкать себя наркотиками до одурения», как она говорит. Но они могли бы вводить ей обезболивающие через капельницу, с которой она сейчас лежит, под видом глюкозы, ничего не говоря ей.

Мартин не отпускал локоть Санди, пока не открыл ей дверцу машины.