Такой человек, как Агуэро, не влюбится в нее с первого взгляда. То же самое она может сказать и о себе: чтобы полюбить кого-то, надо его узнать. К Мартину же она испытывает сильное влечение — природа берет свое, пытаясь заставить ее, Санди, отступить от своих принципов. Но она не собирается пойти по стопам сестер, которые воспринимают секс так же легко, как мужчины. Для них это как вкусная еда или интересный фильм, словом, как одно из удовольствий в жизни.
— Агуэро! — отвлек ее от раздумий чей-то мелодичный голос.
Мартин тут же поднялся из-за стола навстречу даме в элегантном белом туалете, которая приветствовала его тирадой на испанском. Он, отвечая ей по-английски, представил женщин друг другу. Даму звали Елена.
— Присоединяйся к нам, — пригласил ее Мартин.
— Я не могу, у меня назначено свидание. Я и так опаздываю. Привет, еще увидимся. — Она улыбнулась, взглянув Мартину в глаза и небрежно кивнув его спутнице, и пошла к выходу, оставляя за собой аромат дорогих духов.
Может быть, это ее шарф в машине? Впрочем, Санди не очень-то это волновало.
Прежде чем отправиться в обратный путь, Мартин пожелал зайти в книжную лавку.
— У меня есть один знакомый книгопродавец, который знает мои вкусы и заказывает все, что может мне понадобиться по работе, — объяснил Мартин.
По тому, как его принимали в магазине, Санди поняла, что этого человека здесь ценят не только как клиента. Когда он просматривал в подсобке приготовленные для него книги, она поняла по обложкам, что в основном это были научные труды, которые она не могла бы осилить, даже если б знала испанский.
Санди много читала, но совсем не ту якобы изысканную или просто заумную прозу, которую предпочитали в ее семье. У нее был свой, непритязательный вкус, и если кто-то из близких заставал ее за чтением бестселлеров, обязательно следовало восклицание: «Как ты можешь тратить время на такую пошлость?» «Мне нравится!» — отвечала она с вызовом, и тем ничего не оставалось, как вздыхать и осуждающе качать головой. Впрочем, они давно махнули на нее рукой.
В двадцать три года, конечно, не поздно менять свои вкусы и взгляды и рваться к каким-то недосягаемым высотам. Но у Санди никогда не было больших амбиций. Ее вполне устраивала жизнь обычного человека, со всеми ее тихими радостями и горестями. В любой другой семье из этого не устраивали бы трагедию. Но у себя дома Санди чувствовала себя паршивой овцой, так как все остальные Лангмюры обладали какими-то талантами и большой целеустремленностью.
Пока Мартин был занят книгами, она старалась представить себя с ним наедине, и не на день-два. А вот если бы они вдруг очутились на необитаемом острове… В качестве собеседницы она бы ему быстро наскучила.






