ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В светском семействе Лангмюров младшая дочь Санди считается «паршивой овцой». Девушка не обладает ни талантом отца, ни умом матери, ни красотой старших сестер. Но однажды она отправляется в путешестви... Доверие Гвинет Рамон 1 Санди некоторое время с недоумением прислушивалась к голосу, звеневшему в телефонной трубке. Наконец до нее дошло, что этот высокий женский голос не просто спешит и захлебывается, что уже само по себе делает речь невнятной, но и произносит слова на испанском языке. Санди жестом подозвала к телефону старшую сестру Беатрис. В отличие от своей младшей бесталанной сестрицы та была выпускницей оксфордского колледжа Крайстчерч и владела несколькими иностранными языками. Испанского языка, как и любого другого, кроме своего родного английского, Санди не знала. Но по тревожному тону сестры поняла: что-то стряслось. И Беатрис подтвердила это, положив трубку. — Представляешь, папина тетя Джейн, та самая, что уехала лет десять назад в Испанию, умудрилась сломать ногу. Придется лететь тебе, больше некому. Тем более что у тебя есть опыт ухода за больными старушками. — Но я же не знаю испанского! — Ничего, сориентируешься. Я дам тебе денег на переводчика. Собирайся. Беатрис была как всегда решительна и лаконична. Ей и в голову не пришло, что Санди может возразить. Все остальные члены делового семейства ее дружно поддержали. И Санди, как единственный в семье никчемный человек, не занятый карьерой и не имеющий личной жизни, была отправлена на помощь ко всеми забытой старушке, двоюродной тетке отца, на маленький испанский остров в Средиземном море. Когда Санди Лангмюр приходилось летать самолетом, она старалась взять билеты подешевле, не гнушаясь и чартером, если на этом можно было сэкономить. Но сегодня ей предстоял комфортабельный полет регулярным рейсом, да еще в бизнес-классе, поскольку поездка была срочной и более дешевых билетов не оказалось. Июнь — излюбле

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Стиль напоминал скорее скандинавский, чем испанский. Может быть, это была работа местного мастера, который поездил по свету и привез идею из своих путешествий.

Хотя Санди и хотелось узнать о происхождении необычной кровати, она не решилась спросить об этом Мартина. В другой ситуации она бы обязательно удовлетворила свое любопытство. Но ведь это ложе самого Агуэро. Воображение девушки рисовало его спящим или читающим в постели и обязательно обнаженным под простыней, сквозь которую четко вырисовываются контуры его сильного стройного тела, а плечи кажутся бронзовыми при свете лампы.

Еще ей виделось, как в свете луны Мартин занимается здесь с кем-то любовью. Возможно, через несколько часов это будет она, Санди.

Санди набрала длинный ряд цифр. После двух сигналов раздался голос ее отца на автоответчике.

— Это Санди! — прокричала она. — Я уже все разузнала. Тетя Джейн лежит в больнице с переломом запястья и бедра. Но все будет хорошо. Я остановилась на вилле, недалеко от нее. Вот мой телефон… — она продиктовала номер. — Я позвоню вам, как только выясню, сколько здесь пробуду. Пока.

Положив трубку, Санди стала разглядывать письменный стол, за которым Агуэро писал книги. Помимо пишущей машинки, на столе лежали личные вещи и стояли семейные фотографии его родителей, бабушек и дедушек, и Санди с интересом сопоставляла их схожесть с Мартином. Она обнаружила, что от отца он унаследовал жесткие черты лица и пронзительные светлые глаза, а черной мастью пошел в деда.

Мартин вернулся.

— Вам удалось дозвониться?

Санди отошла от письменного стола к стене с картинами.

— Я оставила сообщение у родителей на автоответчике. Они смогут перезвонить, если захотят.

Она не надеялась на звонок отца или матери. Они редко обедали дома, если у них не было гостей, и могли позвонить ей лишь в том случае, если от нее долго не будет никаких известий. Единственный человек в семье, кто волнуется за нее, — это Полли. Но она не решится позвонить за границу из соображений экономии. Это женщина имела свои взгляды на жизнь и до сих пор считала один фунт стерлингов большой суммой, а уж десяток фунтов составлял для нее целое состояние.

— Что вам налить? Могу предложить кампари с содовой.

— Мне бы хотелось тоник со льдом.

Мартин не пытался уговорить ее на что-нибудь покрепче. Наполняя два высоких бокала напитками, он заметил:

— По загару у вас на ногах могу судить, что в течение последнего месяца вы бывали за городом в шортах и спортивных ботинках. Или есть еще какое-то объяснение более бледному цвету вашей кожи ниже щиколоток и чуть выше колен?

— Вам надо было стать детективом, — улыбнулась Санди. — Вы правы, во время отпуска я путешествовала пешком по южному побережью Англии.

Мартин подошел к ней.