ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Стереотипы здесь ни при чем. — Она аккуратно распаковала пластиковые коробки. — Стереотипы обычно рождаются из реальности. Кроме того, я люблю мексиканскую музыку. И мексиканские драгоценности. И даже не пытайся заставить меня отказаться от приема мексиканской пищи.

Ее мать была частично мексиканкой, хотя, глядя на бледную кожу Лори, представить это было трудно. Воспоминания о блюдах, которые готовила мать, до сих пор увлажняли ей рот слюной каждый раз, когда она о них думала. Ее любимые воспоминания о прошлом были связаны с тем, что она стоит с матерью на кухне и помогает ей готовить кушанья, которые были приняты в их доме, когда она была маленькой.

Лори встала на цыпочки, чтобы достать с полки две обеденные тарелки. Недолго думая, Кэрсон опередил ее и снял их с полки. Лори с удивлением повернулась к нему, выставляя вперед живот.

Он отступил назад, как будто спасался от горящего факела, а не от беременной женщины.

— Я выше, — заметил он, бормоча извинения.

Лори посмотрела на свои ноги. Она обычно не ходила при нем босая.

— Я не обулась, — пробормотала она.

В отличие от большинства других женщин Лори всегда носила высокие каблуки. Даже, несмотря на беременность.

— Как ты можешь носить эти шпильки в такой момент, как сейчас?

Она пожала плечами. Она так привыкла их носить, что даже не задумывалась об этом.

— Не могу припомнить момента, когда я их не носила. Кроме того, — призналась она, — они делают меня выше. — Обувь всегда была ее слабостью, и она считала, что нет ничего лучше, чем пара каблуков высотой три-четыре сантиметра.

Он открыл один из контейнеров, разложил еду по тарелкам и, зачерпнув соус, полил им обе тарелки.

— Для того чтобы быть симпатичной, тебе вовсе не нужны туфли.

Она поставила два стакана и посмотрела на него, улыбка играла на ее губах. Неужели чудеса не перестают случаться?

— Почему, Кэрсон? Ты хочешь сказать мне комплимент?

— Нет, — возразил он. Почему она придает такое большое значение их беседе? — Я говорю… что это просто взгляд со стороны, вот и все.

Он отвернулся от нее, чтобы взять салфетки, лежавшие в буфете, испугавшись того, что язык прилип к горлу, а ему придется говорить.

Черт возьми, что он здесь делает? Он собирался отправиться домой после того, как она уехала из Центра. Но затем он понял, что очень проголодался, ведь не ел целый день. Ресторан «Тэкс-Мэкс» напомнил ему о Лори.

У него не было настроения обедать в одиночестве. Бог знает почему. Обычно он предпочитал не разделять чье бы то ни было общество за столом. Потому, что в таком случае не нужно вести беседу.

Если бы не этот вопрос Лори, разговор не вышел бы таким глупым. Он вынужден все время оправдываться. Так она вела себя большую часть времени.

Кэрсон беспомощно пожал плечами, он сделал вид, что полностью увлечен своим делом.