ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Почему бы не забыть уже о Курте?

Неужели она не понимает?

— Потому что это не должно было случиться. Я не могу позволить себе такие чувства.

Значит, он к ней неравнодушен? Что-то запело у нее в груди. Сердце радостно подпрыгнуло.

— Что, Кэрсон? Что ты чувствуешь?

Ее вопрос проник не только в мысли, но и в душу. Как песня сирены, которая звала его в те края, откуда не было возврата.

Он должен уйти. Уйти сейчас. До того, как все произойдет.

Но он остался.

— Вот это, — прошептал Кэрсон ей в губы перед тем, как поцеловать снова. Со страстью, разрушая железную преграду, стоящую между ними.

Он чувствовал, как горячая кровь бежит по венам, как стучит у него в висках. Как у него кружится голова, когда он закрывает глаза и позволяет себе хотя бы на одно мгновение отдаться своим чувствам.

Не больше, всего лишь на мгновение.

Потому что только на миг он мог себе это позволить. Дальше он потеряет контроль и не сможет с собой совладать.

И это может быть очень опасно.

Он ее хотел. Хотел заняться с ней любовью. Хотел почувствовать прикосновение ее мягкой кожи.

Слишком далеко, это заходило слишком далеко.

Приложив неземные усилия, Кэрсон сдержал себя. Он снял руки с ее плеч и отвернулся.

— Лучше я пойду.

Что-то всхлипнуло у нее внутри, но она прогнала слезы прочь.

— Итак, ты выбираешь костюм Джеймса Дина или Кэри Гранта?

Кэрсон пожал плечами.

— Ты уже принесла один. Буду Джеймсом Дином.

Лори усмехнулась. Потом снова повесила пиджак, джинсы и майку на дверь ванной комнаты.

— Я всегда знала, что ты бунтовщик.

Это не совсем так, подумал Кэрсон, уходя.

* * *

Она чувствует себя, как рыба в воде, подумал Кэрсон, глядя, как Лори на следующий вечер украшала зал для танцев в Гранд-отеле.

Лори могла защитить диплом дизайнера, работать в Центре и преподавать на занятиях в Ламасской школе, но по своей природе она была хозяйкой. И обладала чрезвычайно привлекательной внешностью.

Так же, как и Курт, вспомнил он. Не считая того, что Курт всегда любовался собой, а Лори дарила свою красоту окружающим. Когда Кэрсон согласился на встречу со спонсором, он увидел ее сияющей, словно пасхальная свечка, освещавшая все вокруг.

Как и обещала, Лори взяла на себя все — рассылку приглашений и связанные с этим хлопоты, встречи со спонсорами и переговоры. От Кэрсона требовалось только его присутствие и терпение. Последнее условие включало в себя надевание обтягивающих джинсов и пиджака, который он не стал бы носить даже в пятидесятых годах. Лори с такой страстью включилась в дело, что ему казалось, он не сможет остановить ее. У него было только одно желание — провести вечер дома, а потом спросить, как прошла вечеринка.

Хотя нет, не совсем так. Ему нравилось быть здесь, но только из-за того, что он мог наблюдать за Лори.