ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Таинственная фигура гробокопателя. Странные, похожие друг на друга трупы. Загадочное поведение сельского пенсионера. И чеченский след. В капкане Дмитрий Иванович Линчевский Глава 1 К исходу ночи молния вспорола сизую тучу, и на землю посыпался густой весенний дождь. Через минуту вода пригладила кудри берез, через две — затопила ямы и ложбины, через три — хлынула по лугам бурлящими потоками. Рыхлое седое небо, в толще которого утонули солнечные лучи, провисло до макушки леса, затмив последние надежды на прояснение. Тем, кто встретил это утро в пути, вряд ли оно показалось добрым. На краю большого в пышных яблонях села, посреди раскисшей от дождя дороги, бойко дергалась и гулко завывала застрявшая в канаве «БМВ». В машине сидели двое: за рулем — крепкий молодой мужчина с пухлыми, словно укрывшими пару яблок, щеками, в соседнем кресле — бритый наголо парень, похожий на штангиста или борца-тяжеловеса. Они махали из окон руками (а водитель отчаянно сигналил), подавая аварийные знаки ревущему в поле трактору. Но тщетно. Механизатор широкого профиля Афанасий Колокольников, следуя испытанной деревенской традиции, не спешил проявлять отзывчивость. Чем длиннее пауза, тем выше вознаграждение — проверено на собственном опыте. А то ведь некоторые рассуждают, мол, сунь крестьянину на шкалик, и тот запрыгает от счастья. Э нет, дружок, шалишь. В селе законы рынка знают — литр, не меньше. А то и два, если повезет. Тут главное — не суетиться. — Надо идти за трактором, — сказал водитель «БМВ», потеребив свой жиденький, филированный под садовую оградку чубчик. — Нас оттуда не видно. — Все видно, — буркнул пассажир, откинувшись на спинку кресла. — Просто гнида-тракторист цену себе набивает. Подождем немного, сам приползет. Афанасий Колокольников, рыжий сорокалетний верзила, усыпанный с головы до пят крупными, как горох, веснушками, сразу заметил неладное. Приезжие почему-то успокоились и,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подрулив к прибрежным кустам, спасатель сбавил обороты и заглушил трескучий двигатель.

— Только недолго там, а то у меня дома дела стоят, — предупредил он тоном заправского таксиста.

Полынцев, не удостоив нахала ответом, молча спрыгнул на берег. Приземление прошло не совсем удачно: руки оцарапались о жесткие кусты, ноги по щиколотку вошли в топкую глинистую жижу.

— Действительно, капкан! — проворчал он, выбираясь из вязкой гущи. — Ясно, почему сюда даже пацаны не заплывают — дерьмо, а не место!

— Чего? — переспросил спасатель.

— Ничего. Сиди и жди.

— Сам ты дерьмо, — буркнул в ответ культурист.

Раздвигая кусты руками, Полынцев с трудом выбрался на твердую землю. Здесь было сухо, но тесно.

Густая трава застилала почву непроницаемым ковром. Деревья росли так часто, что приходилось идти между ними, петляя. Метров через сорок на глаза ему попалась сломанная ветка ивы… еще через десять — другая. Кажется, это были следы недавнего присутствия человека (судя по не успевшей завянуть листве). Становилось теплее, в смысле, не на улице. Вероятно, кто-то здесь бродил, что-то непотребное делал. Что? Ягоды искал? Грибы? Сокровища?

Ответ не заставил себя долго ждать: прямо по ходу движения показалась свежевырытая яма. Осторожно приблизившись к ее краю, Андрей на секунду замер…

Худшие предположения подтвердились.

На дне могилы, лицом к небу лежал седовласый старик в темных штанах и желтой выцветшей сорочке. Под распахнутым воротником виднелась небольшое, диаметром в полсантиметра, отверстие. Судя по величине и форме — от выстрела. Полынцев внимательно осмотрел труп, задумчиво почесал макушку и достал из кармана сотовый телефон.

— Але, дежурный? Вынужден сообщить вам пренеприятное известие.

* * *

Директор зверохозяйства Митрофанов нервно расхаживал вдоль вольеров с хонориками и злобно поглядывал на пушистых зверьков.

— Почему вы не кусаетесь, как собаки?! — сокрушался он, хмуря светлые брови. — Изодрали бы жулика в клочья, и дело с концами, а теперь… Тьфу на вас еще раз!

Лысоватый главбух Еремкин, следовавший за начальником неотступно, резонно на этот счет заметил.

— Собак тоже воруют, здесь сторожей надо спрашивать.

— Спросим, с каждого спросим.

Тяжело вздохнув, они направились в контору, что стояла у ворот, на выезде из хозяйства. Территория последнего была довольно обширна и потому не слишком ухожена. Повсюду валялись лысые покрышки, прохудившиеся бочки, ржавые, без ручек и днищ, ведерки. Еще недавно, во времена советской власти, имущество здесь было общим, отношения между людьми строились исключительно на открытости и взаимном доверии. Но с распадом Союза совхоз превратился в частное хозяйство, и всякая открытость кончилась. Появились высокие заборы, новые замки, угрюмые несговорчивые сторожа.