ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Преуспевающий бизнесмен Саймон Брэдли неожиданно узнает, что у него есть сын. Чтобы забрать осиротевшего мальчика, ему нужно сначала убедить его опекуна Тулу Барронс, что из него получится хороший оте... Дочь моего врага Морин Чайлд Глава 1 Саймон Брэдли не любил сюрпризов. На своем горьком опыте он знал, что всякий раз, когда позволяешь застигнуть себя врасплох, случается катастрофа. Он человек дисциплины. Главное для него — порядок и правила. Ему понадобилось всего один раз взглянуть на женщину, находящуюся в его кабинете, чтобы понять, что она не в его вкусе. «Впрочем, она хорошенькая», — подумал он, медленно окидывая ее взглядом. В ней примерно пять футов четыре дюйма, но из-за хрупкого телосложения она кажется еще меньше. Ее короткие светлые волосы мягко обрамляют лицо. В ушах покачиваются большие серебряные серьги-обручи. Выразительные голубые глаза задумчиво смотрят на него. Губы изогнуты в полуулыбке, отчего на правой щеке образовалась ямочка. На ней надеты черные джинсы, черные сапоги и ярко-красный свитер, облегающий ее небольшие, но женственные формы. Проигнорировав вспышку мужского интереса, он встретился с ней взглядом и поднялся из-за стола: — Моя личная помощница сказала, что у вас ко мне какое-то срочное дело. — Да. И пожалуйста, зовите меня Тула. — Подойдя ближе, она протянула ему правую руку. Его пальцы обхватили ее хрупкую ладонь, и его словно током поразило. Прежде чем он успел понять, что это такое, она отдернула руку и сделала шаг назад. Бросив взгляд в огромное окно за его спиной, она сказала: — Какая красота! Отсюда видно весь Сан-Франциско. Вместо того чтобы посмотреть в окно, он уставился на нее. Его пальцы все еще покалывало от ее прикосновения, и он потер их друг от друга, чтобы избавиться от этого ощущения. Она совсем не его тип, но ему доставляет удовольствие на нее смотреть. — Не весь, но большую его часть. — Почему бы вам не поставить к

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он поднял руку, но тут же опустил, поняв, что не сможет сделать свое признание, если прикоснется к ней. Не сможет заставить себя ее отпустить, если она снова окажется в его объятиях.

— Я сегодня видел твоего отца, — выпалил Саймон, отказавшись от лишних церемоний.

Ее лицо вытянулось, в голубых глазах промелькнула настороженность.

— Не знала, что ты с ним знаком.

— Мы с Джейкобом знакомы уже давно, — напряженно произнес он. — Помнишь, я рассказывал тебе о человеке, который чуть не украл у меня этот дом? Человеке, который увел у меня из-под носа собственность, которую я собирался купить?

— Значит, это был мой отец?

— Да. — Подойдя к бару, Саймон налил себе скотча и залпом выпил его, но алкоголь не помог ему избавиться от внутреннего холода. — Когда я узнал, кто ты, — продолжил он, переведя взгляд с пустого стакана в своей руке на нее, — у меня появилась идея воспользоваться тобой, чтобы отомстить твоему отцу.

Тула поморщилась. Даже находясь в другом конце комнаты, он почувствовал ее боль и возненавидел себя за то, что заставил ее страдать. Но он уже не мог остановиться. Он должен сказать ей все. Говорят, что чистосердечное признание помогает облегчить душу. Это неправда. Вместо этого оно рвет ее на части.

— Сегодня я сказал ему, что сплю с тобой. — Он сделал небольшую паузу, чтобы посмотреть, как Тула это воспримет. Ее единственной реакцией на его слова было выражение тихой печали на лице.

— Разумеется, ему нет до этого никакого дела, — ответила она, нарушив напряженное молчание. — Мой отец отрекся от меня, когда я предпочла «тратить впустую свои способности, занимаясь написанием примитивных книжек для сопливого отродья», как он выразился.

— Тула…

Он слышал в ее голосе застарелую боль, видел в ее глазах печаль. Все в нем умоляло его подойти к ней, заключить ее в объятия. Любить ее так, как она того заслуживает. Но он знал, что после его слов она этого уже не захочет, и мысленно проклинал себя за то, что все так вышло.

— Джейкоб идиот, — пробормотал Саймон, затем добавил: — И я тоже. Я не хотел тебе этого рассказывать, но ты имеешь полное право все знать.

— Лучше поздно, чем никогда, — печально произнесла она.

Стиснув зубы, Саймон нашел в себе силы сказать:

— Я не хотел причинять тебе боль.

— Возможно, нет, — сказала Тула. — Это просто побочный эффект, который возник в процессе достижения тобой цели. Я нисколько не удивлена. Я еще во время нашей первой встречи поняла, что ты такой же, как мой отец. Вы оба умеете только делать деньги и использовать людей.

Саймон направился к ней, но остановился, когда она начала инстинктивно отступать назад. Разве он имеет право с ней спорить после того, что сделал? Возможно, он даже хуже, чем отец Тулы. Он знал, какая она удивительная, но лгал ей, использовал ее.