ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все в жизни светлой феи Аделаиды не так! Родственники поголовно некроманты. Лучший друг – параноик. Жених фиктивный. Да еще и свалил на целый год этот мерзкий темный, не оставив никакой информации... Пять разбитых сердец Ева Геннадьевна Никольская Из дневника того самого менестреля, которому Дин Эльт-Ма-Грэниус [1] поручил составление упомянутого ниже письма Четыре года назад глава известной в волшебной стране семьи некромантов решил выдать замуж свою единственную дочь Аделаиду Ванн [2] Грэниус. Нанял именитого менестреля для составления письма, подготовил список женихов, подходящих по родословной, благосостоянию и направленности дара, после чего всем им разослал предложение заключить брачный союз с его наследницей. И желающие, как водится, откликнулись. Да вот незадача: девчонка от свадьбы отказалась, из дома к бабушке сбежала, Академию светлого искусства, вопреки запрету отца, закончила, а потом и вовсе самостоятельную жизнь начала – купила дом да практику цветочной феи открыла. А письма… Что письма? Просто «ласточки», разлетевшиеся в разные уголки мира и осевшие в руках магов… исключительно темных магов с подтвержденной степенью магистра! [3] И когда только успел достать… а главное, откуда? – Уймись, Эмиль! – попросила она. – Никто не покушается на твою жизнь. Разве что потолок, но тут еще надо выяснить, кто из вас на кого первым напал. – Уголки ее губ чуть поднялись, а черные глаза лукаво сверкнули. – Будь добр, заплати за проезд – мы приехали! – Не Эмиль, а Эмо! Э-мо! – прошипел приятель, спрятал оружие и выскочил наружу. Сквозь распахнувшуюся дверцу пахнуло жарким ветром. Фея выглянула на улицу, постояла немного на лесенке, потом решительно спустилась вниз на твердую поверхность мощеной дорожки. Бережно прижав к себе игрушечного котенка, девушка направилась к воротам постоялого двора. Городок, в который они прибыли, выглядел непривычно и действовал на Адель угне

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она, если честно, рассчитывала на другой ход событий, иначе просто утаила бы планы Аделаиды. Во-первых, зор-зара знала, что Ада – это Кошка, которая совершенно точно не поддастся чарам признанного ловеласа. А во-вторых, согласно прогнозу рыжего, тщательно изучившего посеревшую вязь узора на запястье девушки, через несколько часов кое-кого излишне самоуверенного ожидает незабываемое знакомство с брачным браслетом. А значит, сегодня хозяин точно ничего не добьется от феи, но с присущим ему бараньим упрямством от своего не откажется. Из чего следует, что Илоланта по-прежнему будет сопровождать девушку в ее приключениях. Чудесный расклад, как ни крути!

Все-таки странная штука магический возраст. Интересно, станет ли сама Адель со временем выглядеть и ощущать себя старше, как многие другие маги? Или застрянет на столетие в нынешнем состоянии?

Когда экипаж остановился перед массивными воротами родительского дома, фея печально вздохнула и, стиснув пальцы на свертке с волшебной скрижалью, вышла из кареты. Как же ей не хватало сейчас Мурзика! Потискать, прижать к груди и наконец успокоиться, уткнувшись носом в мягкий бок игрушки. Но тащить подарок Нира к отцу девушка не решилась. Ада знала наверняка, что он до сих пор считает ее маленькой, играющей в куклы девочкой, хоть и делает вид, будто признает, что она взрослая.

Встретив в коридорах фамильного особняка лишь молчаливых зомби, занятых уборкой, Аделаида беспрепятственно добралась до кабинета отца и, тихо постучав в дверь костяшками пальцев, вошла.

– Сокровище мое! – широко улыбнулся Дин Эльт-Ма-Грэниус, поднимаясь из-за письменного стола навстречу дочери. – Чем обязан столь приятному визиту? Неужели соскучилась и решила навестить старика? – Мужчина насмешливо склонил голову, светлая прядь скользнула по лбу, прикрыв глаз, отчего «старик» стал казаться еще моложе своих видимых тридцати.

– Папа, ты не мог бы сделать мне небольшое одолжение? – начала Адель, стоя на пороге и подозрительно поглядывая на непривычно улыбчивого некроманта. – Нужно сохранить одну ценную вещь, пока за ней не приедет хозяин.

– Ну конечно, драгоценная моя! Я все сделаю. Вот только с гостем беседу закончу!

Фея проследила за взмахом отцовской руки и прикусила язычок, лихорадочно соображая, не сболтнула ли лишнего? То, что Дин может быть не один, ей почему-то в голову не пришло. А дворецкий, который обычно предупреждал о таких вещах, как назло, куда-то запропастился.

С кресла за стеллажами медленно поднялся высокий мужчина, чье лицо было трудно рассмотреть из-за света, льющегося из окна. Незнакомец вежливо поклонился и тихо произнес:

– Мое почтение, госпожа.