Нет, лучшие люди, которых она знала, отец ее и муж, не возвысились бы до такого самоотвержения! Мода такая, что ли, быть благородными? Или дочь ее уж столь хороша, что внушает подобные чувства?
А может быть, это и есть настоящее отношение к женщине? Такое, о каком только мечтать можно? Но если так, кажется, должна бы за это Маша полюбить безоглядно... самого Петра Ивановича.
Какой высоты должна достичь душа человека, чтобы так чувствовать? Да ведь писал же Пушкин!
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.
Трудно отцам и детям понять друг друга!..
А вскорости после несчастного шестьдесят второго года и ссылки Владимира по приказу правительства женщин из Медико-хирургической академии удалили. Новое потрясение Маше! Она тогда чуть не похоронила себя в киргизских степях. Тамошние женщины, по своему мусульманскому закону, не могут показываться врачам-мужчинам. Вот Маша с Сусловой и решили туда ехать, лишь бы позволили им учиться. Слава богу, начальство даже не отозвалось на этот сумасшедший проект. Тогда дочь отбыла за границу завершать образование.
Конечно, как молодая женщина, вовсе к таким серьезным предметам не подготовленная, Маша себя показала героиней. В Цюрихе получила диплом врача, докторскую диссертацию защитила, в Венской глазной клинике работала... А скоро много таких появилось, как она. И про фиктивные эти браки немало услышать пришлось. Учиться уезжали всё девицы из порядочных семейств. Софья Васильевна Круковская, та, что за Ковалевским... тоже дочь генерала, Жанна Евреинова, Юлия Лермонтова, Наталья Армфельд... Видно, как ни тяжек путь к высшему образованию, а женщины его проторят для себя...
Маша своего добилась, Володя знал, на что шел. А кончину мужа все эти обстоятельства, конечно же, ускорили. Не мог он оставаться равнодушным к судьбе сына и дочери. Вот уже одиннадцать лет, как нет Александра Афанасьевича. Умер там же, где жил, в Клепенине...
Глаза Эмилии Францевны снова заволакиваются слезами.
Невесело вдовье существование. И с тем сыном, чья жизнь ей кажется наиболее правильной, чья семья могла бы радовать и утешать ее, она разлучена...
У Афанасия, ее старшего, тоже не все хорошо. В Крымскую войну при взятии Карса был ранен, и это ранение дает себя знать.
Но главное при нем: честная служба и умная жена. Как это важно, чтобы семью строила бодрая трудолюбивая женщина! А ее невестка, Полина Карловна, именно такова.
И ведь нашел свою судьбу Афанасий в родном гнезде. Маша здесь встретилась с Боковым, а старший брат ее — с Полиной Гертнер.
Дочь лютеранского пастора, родом из Ревеля, немка... Кажется, в семье Обручевых смешались все национальности. Сама Эмилия Францевна — полька, Полина Карловна — немка.






