ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Страсть — так, пожалуй, можно точнее всего определить чувство, которое движет героями этого романа известной американской писательницы Лай­зы Джексон. Подчас бремя страстей вынуждает их совершать н... Уважаемый читатель! С разрешения моего издателя хочу поделить­ся с тобой той радостью и волнением, которые вызывает во мне выход в свет романа «Сокрови­ща» (русский перевод романа издан редакцией международного журнала «Панорама» в начале 1996 г.— Ред.). Эта книга стала воплощением моей мечты писать более объемные и более проникновенные, более чувственные книги. Надеюсь, ты получишь удовольствие от «Сокровищ» — одного из моих самых любимых сочинений. Хочется верить, что ты познако­мишься и с моим следующим романом («Бремя страстей».— Ред.). В этом произведении рас­сказывается о судьбе двух единокровных сестер и соперниц Энджи и Кэссиди Бьюкенен, добива­ющихся любви сурового нелюдима Брига Маккензи. В книге тесно переплетаются тайные желания, беспощадная месть и смелая любовь. Благодарю всех, кто уже не первый год ин­тересуется моими сочинениями. Я люблю полу­чать письма от своих читателей и надеюсь, что и ты черкнешь мне пару строк. С самыми теплыми поже­ланиями Лайза Джексон Lisa Jackson 333 South State Street, 308 Lake Oswego, Oregon 97034 — Давайте пройдемся еще раз,— предло­жил он, откинувшись на спинку стула и забро­сив ногу в тяжелом ботинке на колено. Его напарник, Стив Гонсалес, остался стоять, упи­раясь плечом в дверную раму и скрестив руки на худосочной груди; взгляд его темных глаз неотрывно был направлен на женщину, кото­рая оказалась в центре всего происшедшего: убийство, поджог, а возможно и что-то значи­тельно большее. Нарочито небрежным жестом Т. Джон при­двинул к себе папку и начал листать страницы, пока не дошел до записи сделанного ею в от­сутствие адвоката заявления всего лишь нес­колько часов назад. — Ваше имя?.. Ее янтарные глаза вспыхнули от возмущ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как заслужила ее Энджи! Умоляю, кто-нибудь, спасите же его!

— Стойте здесь. Кто-нибудь пригласите сюда полицейских. Ее муж…

—Похоже, с ним все кончено.

—Нет! Он не мог умереть! Не мог! Я не хотела! Боже, что я натворила?— голосила Фелисити. — Помогите ему… Он…

Шеф пожарных не обращал внимания на ее причитания.

—Подключайте вторую машину к воде и поливайте гараж. Третью — на дом… Что за черт? Откуда взялась эта собака?

— Была заперта в гараже — похоже, кто-то усыпил или…

— Вы имеете право не отвечать на воп­росы…

Слова, отражаясь в помутившемся созна­нии Кэссиди и лишаясь всякого смысла, транс­формировались в некие раздувшиеся гипертро­фированные образы; прочие же звуки — шум моторов, собачий лай, крики людей — слива­лись вместе с ревом пожара в сплошную како­фонию, порождавшую то ощущение чудовищ­ного кошмара, с которым воспринимала она происходящее вокруг, пока прижимала к себе отяжелевшее тело Брига, которого она так бе­зумно любила и от которого ушла… Она слов­но окаменела.

— Послушайте-ка.— Кто-то положил руку ей на плечо. — Давайте посмотрим, что с ним.

Медленно подняв глаза, Кэссиди увидела стоявшего перед ней Т. Джона, человека, кото­рого она долгое время считала своим закля­тым врагом.

— Умоляю, спасите его… Я…

— Прибыла «скорая». Врачи сделают все, что в их силах.

— Я… люблю его.

— Я вас понимаю…

— Он… это…

— Мне уже все известно. А теперь надо поторопиться — как можно быстрее доставить его в больницу.

Она заставила себя встать и, не чувствуя под собой ног, не чувствуя собственного тела, точно завороженная, наблюдала, как Брига ук­ладывают на носилки и несут к машине «ско­рой помощи».

— У нее шок,— как во сне услышала она. — Ей самой нужен врач.

Но Кэссиди оттолкнула руку, кем-то участ­ливо предложенную ей, и, не видя ничего во­круг себя, пошла за носилками, спотыкаясь о протянутые по земле шланги, задевая людей, которые, не переставая, качали воду, которые держали в руках брандспойты, поливая то, что осталось от дома, построенного для нее Чей­зом. Она должна находиться рядом с Бригом, потому что, возможно, больше никогда не уви­дит его. «Скорая» с включенной сиреной тро­нулась. Кэссиди взяла Брига за руку, переплетя свои пальцы с его. Не в силах сдержать слезы, она смотрела на него, проклиная себя за то, что не может заново прожить этот день.

— Прошу тебя, Бриг. Очнись. Я не могу остаться без твоей любви.

Но он был недвижим; повязка пропиталась кровью, кровь запеклась и на лице— в том месте, где он ударился об асфальт.

По щекам ее струились слезы. Неужели они не могут ехать быстрее?

— Я люблю, люблю тебя, слышишь? Не смей умирать, Бриг Маккензи.— У нее пере­хватило дыхание.— Клянусь Богом! Если ты умрешь, я никогда не прощу тебе этого!

Он пошевелил губами.