Едва заметно — но это уже было неважно. Веки дрогнули, и он открыл глаза — он смотрел на нее.
— Не умру. Не надейся, Кэсс,— одними губами прошептал он.
— Бриг! — Сердце готово было выскочить у нее из груди.
Он слабо пожал ее руку. Обливаясь слезами, она наклонилась и коснулась губами его шершавой щеки.
— Не оставляй меня, никогда! Слышишь?
— Никогда,— чуть слышно промолвил он.— С этого момента, малыш, есть только ты и я…
— Даешь слово?
— Даю.— Еще мгновение он смотрел на нее, затем закрыл глаза.
Эпилог
Щурясь от солнца, Бриг загнал гвоздь на место и вдруг услышал, что подъехала машина. Но это был не джип Кэссиди — он узнал бы его по звуку. Оглянувшись, он увидел, что это машина из ведомства шерифа. Сунув молоток за пояс, он вышел в зиявший между простенками проем, где вскоре должна была появиться дверь.
Из машины показался Т. Джон. Бриг насторожился. Он никак не мог избавиться от своего недоверия к представителям власти. Жизнь научила его не слишком доверять людям в форме. По дощатому настилу, переброшенному через дренажную яму вокруг фундамента, Уилсон вошел в дом — дом, который Бриг строил для Кэссиди.
— Я подумал, что вам, возможно, будет интересно взглянуть…— Уилсон протянул Бригу какой-то конверт и с любопытством оглядел капитальные стены, выросшие на том месте, где некогда стоял старый фургон Санни. На полу, запорошенном опилками, валялись гвозди; крыша была почти готова, и от стропил тянуло свежеоструганным деревом.
— А что это?
— Посмотрите сами. Если хотите, можете вернуть законным владельцам.
Бриг открыл конверт, в нем находились два чека — каждый на сто тысяч долларов, — выписанные на имя Т. Дж. Уилсона. Один от Рекса Бьюкенена. Другой от судьи Колдуэлла.
— Взятки?
Т. Джон пожал плечами:
— Можно и так истолковать.
В этот момент подъехала Кэссиди. Всякий раз, завидя ее, Бриг не мог сдержать счастливой улыбки. Загорелая, стройная — по ее фигуре пока невозможно было догадаться, что она носит ребенка. Их ребенка! Она подошла к мужчинам, по пути оставив бумажный пакет в холле— или в том месте, которое должно вскоре превратиться в холл.
Бриг показал ей чеки.
— Мне передали, — сказал Т. Джон, — что я могу использовать деньги для продвижения своей кандидатуры на выборах или приберечь их до пенсии. Словом, как мне будет угодно. Но расходы по избирательной кампании берет на себя окружная администрация, а на пенсию я вроде пока не собираюсь. С тех пор, как я закончил дело о поджогах и убийствах, меня превратили во что-то вроде местной знаменитости. Представляете?
Кэссиди безо всякого удивления взглянула на чеки и предложила Т. Джону пива.
— Я на службе.
— Так время-то обеденное,— сказала она.— Ваши успехи заслуживают того, чтобы их отметить.
— Справедливо.






