ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пережив гибель собственной цивилизации и очнувшись через пять столетий от криогенного сна, группа добровольцев-исследователей оказывается в отброшенном далеко назад мире, балансирующем на грани гиб... Ведьма Дональд Маккуин Пролог В темноте штормовой ночи, разрываемой раскатами грома, мерцал единственный слабенький огонек. Нависающие валуны естественным амфитеатром закрывали его со стороны материка, направляя свет в сторону бушующего моря. Черной блестящей стеной вздымался прибой. Волны нескончаемой чередой набрасывались на берег и в призрачно-светлом сиянии разбивались об острые скалы. Над пламенем, спиной к морю, сидела старуха. Возле нее среди гладких камушков стояла серебряная чаша, немного позади виднелся треножник из человеческих костей. В верхней трети кости скреплялись, поддерживая золотой кубок, поверхность которого украшал выгравированный стилизованный осьминог. Неожиданно старуха запела. Звуки, подобно иглам, пронизывали рокот прибоя. Вознося песнопения, моля о завоеваниях и добыче, голос обещал выполнить все пожелания бога Сосолассы. Продолжая петь, старуха поднялась на ноги и обратилась лицом к морю. Порыв ветра отбросил капюшон, обнажив скрытую под ним голову. Подобно пене прибоя, на ветру в беспорядке забились длинные пряди седых волос. Гонимые ветром капли влаги оседали на грубых, изменившихся от времени чертах лица старухи. Ее темные, как у хорька, глаза злобно сощурились. Опущенные уголки тонких губ, прикрывавших крепкие белые зубы, вытянулись в тонкую дугу. Покрытое морщинами лицо напоминало карту путешествия, длившегося много десятилетий. Она была свидетелем начала, расцвета и конца многих жизней, словно время не властвовало над ней самой. На несгибающихся ногах старуха подошла к морю, держа серебряную чашу, зачерпнула воды и, вернувшись к кубку, вылила воду в него. Выровняв кубок, она потянула за тонкую золотую цепочку на шее и вытащила странный и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мягкая поношенная кожа остро пахла шкурой и дубильными веществами. На другом конце лагеря часовой дремал, клюя носом.

Узкий, похожий на остро отточенный нож, акулий челн Скэнов осторожно пробирался к берегу. Шепотом Лорсо отдавал команды своему кормчему. Промасленные кожаные уключины заглушали скрип весел. Море одобрительно плескалось о корпус челна.

На носу челна красовалась резная фигура огромного белого медведя с угрожающе разинутой пастью. Его голодные глаза высматривали берег.

Снова вода была потревожена нападением хищника, но гребцы даже не взглянули в ту сторону. Воины Скэнов жили в убеждении, что они и есть самые грозные морские хищники. Малые победы низших существ не имели никакого значения.

С тихим скрипом корпус челна заскользил по дну. Быстро, но осторожно двое воинов спрыгнули в воду и поспешили на берег. Один из них распутывал прочный канат из плетеной кожи. На корме медленно опустили якорь. Через мгновение канат, прикрепленный к носу, туго натянулся, и Лорсо возглавил высадку нападающей группы.

Одетые в черное, с лицами в боевой раскраске, воины сливались с ночным мраком. У каждого на спине куртки красовался белый знак — большое стилизованное изображение орла, медведя, комара. Ориентируясь по этим ритуальным изображениям, колонна бесшумно двигалась на лагерь, как смертельно опасный зверь с множеством ног.

Несмотря на хромоту, Лорсо шел довольно быстро. Он принюхивался к дующему со стороны лагеря ветерку, одновременно поворачивая голову и вслушиваясь в привлекший его внимание звук. Обоняние говорило ему о многом; кедровый и еловый пепел был еще теплым. В лагере ели тунца. И еще что-то, наверно тюленей. Остро пахло теплой кровью.

Раздался прежний звук. Пригнувшись еще ниже, Лорсо повернулся, осматриваясь боковым зрением. Он вслушивался и всматривался в тайны ночи, как паук, воспринимающий мир через подергивание своей паутины.

Впереди кто-то храпел. Отступив к ближайшему Скэну, Лорсо указал на неясно видневшуюся фигуру спящего часового. Воин застыл над своей жертвой, а Лорсо с остальными нападающими двинулись вперед.

До хижин оставалось всего несколько шагов, когда Лорсо остановился. Повернувшись так, чтобы из лагеря не был виден белый медведь на спине куртки, Лорсо распределил своих людей. Всего их было двадцать человек, не считая его самого.

Выпрямившись, Лорсо обратил лицо к небу. Его крик разорвал ночную тишину. Скэны были у хижин прежде, чем затих этот жуткий звук.

Каждый воин был вооружен копьем и мечом. Они насквозь протыкали кожаные стенки хижин. Если из дверей хижины кто-то выбегал, его встречал удар меча. Некоторые воины Форов были настолько сильны, что приподнимали хижину и выкатывались из-под нее. Они сражались отчаянно и безнадежно.