Передать шифровку Михайлюку он не успел и спрятал ее за подкладку шляпы. А может, заметив грозящую ему опасность, сунул ее туда? Кто знает…
— Но как все-таки попала шляпа к Полищуку? — недоумевал доктор Шумилин. — Вряд ли он знал о спрятанной в ней записке.
Семенцов повертел шляпу в коротких сильных пальцах, недобро прищурил свои ястребиные глаза:
— Видать, этот хлюст… его работа! Ему, черту, для его «рыбальства» шляпа занадобилась…
Шумилин быстро взглянул на Семенцова. Похоже, что он прав. Шляпу Полищук отобрал у Аносова при аресте, к которому сам же, возможно, приложил руку… Да, да, именно так!
Семенцов встал и быстро вышел из хаты. Он уже решил, что нужно делать. Он помнил не только о комиссаре, но и о складе, о котором сообщала шифровка. Таким образом, эта находка повела ко многим серьезным последствиям.
3
Обер-лейтенант Зумпф, новый комендант города, прибыл сюда, чтобы навести порядок и показать румынам, как должны победители управлять побежденными. Первым делом он выселил своего предшественника, румынского капитана Петреску из лучшего дома в городе (это было здание горсовета) и поселился в нем сам. До сих пор этот «красавчик с дамской талией» (как называл Зумпф Петреску) занимался тем, что пил вино и ухаживал за женщинами. Новый комендант предложил ему подтянуть своих солдат, которые тоже слишком любили вино и не любили караульной службы. Для того и назначили сюда его, Зумпфа, чтобы румыны поняли, кто здесь настоящий хозяин.
После этого новый комендант занялся населением. И население города скоро почувствовало тяжелую руку маленького угреватого гитлеровского офицера. Начал он с того, что произвел обложение жителей в пользу «фатерлянда», затем были взяты на учет сами жители, точнее — молодежь, и объявлен призыв ехать в Германию на работу. По городу были расклеены красочные плакаты, изображавшие добродушного немца и его фрау, которые приветствуют улыбающуюся девицу в чистеньком фартучке и с подойником в руке. Надпись гласила: «Вас ждут друзья, вас ждет интересная жизнь!»
Какая жизнь ждала в гитлеровском «райхе», разъясняли маленькие листовки, наклеенные неведомо кем прямо на физиономию толстой фрау. За это Зумпф дал нагоняй полицаям. Они усердно уничтожали листовки. Но те держались удивительно крепко, так что приходилось отдирать их вместе с головой фрау, что вызывало смех той самой молодежи, о которой хотел позаботиться обер-лейтенант Зумпф. Впрочем, смеялись недолго. Комендант не замедлил употребить более энергичные средства: юношей и девушек начали вызывать на биржу труда, подвергали медосмотру, и первая партия была посажена под конвоем в товарные вагоны и отправлена туда, куда напрасно звали плакаты.
Но это было не все.






