ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В романе «Одержимые» Анджея Пшипковского в остросюжетной форме рассказывается о деятельности подпольной террористической организации «Огненные бригады», о том, как американские разведслужбы используют... Одержимые Анджей Пшипковский 1 Все было как обычно, как должно быть, и все же… Бирюзовая зелень плавательного бассейна, такая неестественная в лучах солнца, зонты, столики, кресла и шезлонги, низкое здание бара с грустно торчащими высокими табуретами, две белеющие за стойкой фигуры скучающих барменов, раскрытая перед ее глазами книга и прыгающие буквы, которые никак не хотят сложиться в понятную форму слова. День, внешне похожий на предыдущий, такое же горячее майское солнце раннего лета или поздней весны, ни единого облачка, вокруг бассейна не больше пяти-шести человек, одни молодые женщины с детьми — и они исчезнут в полдень, чтобы приготовить обед для своих вечно спешащих из контор мужей. Но сейчас двое детей со смешными пластмассовыми кругами на руках, держащими их на воде, пытаются играть в мяч, но он выскальзывает из их слабых ручонок, и прежде чем ребятишки снова его подхватят, ритм игры нарушается. Так было вчера, так же выглядит сегодня, и, вероятно, так будет завтра, если только завтра не суббота, потому что по субботам вокруг бассейна страшная толчея, неумолкающие крики детворы и втянутые животы фланирующих до бара и обратно мужчин. Но сегодня всего лишь вторник. Стоит тишина будничного, ленивого дня. Ну и что изменится, когда он придет сюда, смело подойдет к ней, кивнет головой, а она разрешит ему сесть? Что случится, если он появится здесь, раз это не имеет для нее никакого значения? Он будет разочарован? Какое ей до этого дело, она не любит, когда к ней пристают, даже если пользуются такими хитроумными методами. Это началось полгода назад. Она стояла принаряженная перед зеркалом, рукой поправляя прическу, когда зазвонил телефон. Мягкий мужской голос, и ч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И почему-то до сих пор не предпринимались решительные действия, чтобы ликвидировать эту опасность. Только тогда, когда посягнули на головы тех, кто наверху, начали действовать. Боюсь, что уже поздно.

— Как же так? Неужели нет спасения?

— Не знаю. Быть может, твоего отца спасут. Но не спасут старых порядков. Это не «Огненные бригады» угрожают твоей стране. Несчастьем для Италии являются коммунисты, которые должны были прийти к власти. Ты представляешь себе последствия такого шага?

— Нет. Но ведь существует конституция, свобода, закон. Коммунисты — такие же итальянцы, как я, Джиджи или мой отец. Они никому не угрожают.

— Не неси чепухи! Ты даже себе не представляешь, насколько они опасны. Коммунисты стремятся к мировой революции…

— Смешно! Ты не имеешь понятия о том, что говоришь. Мировая революция — это мечта романтиков, которые когда-то попытались строить новый мир. Они давно от этого отказались. Достаточно почитать их руководителей, эта литература у нас доступна. Извини, что я тебе об этом говорю, но твои взгляды очень… Очень ограниченные, они основаны на типично американском невежестве. Ты уже несколько лет живешь в Европе и все еще не понимаешь, что все эти дела выглядят у нас иначе? Ты никогда раньше не говорил о коммунистах. Я не знала, что ты их так ненавидишь.

— Моника, неужели ты с ними? — удивленно воскликнул Рико, вскочил с кресла и встал перед ней, заложив руки за спину. — Ты, дочь демократического политика, католичка, ты — с ними? Опомнись, девушка! Ведь это они похитили твоего отца!

— Не кричи! Ты ничего не понимаешь! Займись лучше своим бизнесом, ты в этом хорошо разбираешься, но не говори ерунды. Я не была и не буду коммунисткой. И поэтому имею право их защищать. Не путай их с террористами. Они не имели и не имеют с ними ничего общего. Так нельзя упрощать. Нельзя! Если ты живешь в этой стране, то постарайся хоть что-нибудь понять.

Она была рассержена, резка, неприветлива. От удивления Рико даже потерял дар речи. Никогда раньше он не говорил с ней на эту тему и был уверен, что у них по этому вопросу одинаковые взгляды. Ну а что теперь? Сделать вид, что он рассердился? Момент вполне подходящий. Рико встает, стараясь смотреть на нее холодно.

— Так вот, оказывается, ты какая, — говорит он. — Скрытая коммунистка. Так проси их, чтобы они вернули тебе отца, возможно, они помогут. А меня в это дело не вмешивай. — Бросив на нее ледяной взгляд, он направился к двери.

— Что это значит? Ты оставляешь меня одну, Рико?

Он не ответил. А когда за ним закрылись двери, Моника спрятала лицо в ладонях. Но ее слез уже никто не мог видеть.