ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линетт по настоянию отца, финансового магната отправляется в кругосветное путешествие. Ее задача научиться вести себя в высшем обществе. Но в компании гламурных девиц и лощеных прожигателей жизни Лине... Райская птичка Маргарет Роум Глава 1 Коктейль-бар главного отеля Папеэта был заполнен нарядной щебечущей толпой. Здесь собрались в основном люди молодые, но попадались и элегантные мужчины и женщины пожилого возраста. Было время аперитива на управляемом Францией Таити, самом беззаботном острове во всем Тихом океане. Папеэт, его столица, недаром слыл центром веселья и развлечений. Яркий декор помещения бледнел перед блеском платьев, героически соперничавших одно с другим. Алые лепестки гибискуса терялись на фоне желтых лимонов, зеленая листва доблестно сражалась с густым океанским аквамарином, небесная голубизна терпела неудачу в попытке победить кислую остроту лайма. Пестрые длиннохвостые попугаи пронзительно кричали, их резкие, неприятные голоса терзали уши и казались неуместными здесь, как и сами птицы, лишними в этом море красок. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда официант почтительно проводил двух новых посетителей к свободному столику, все взгляды с облегчением обратились в их сторону, чтобы немного отдохнуть на бледно-лиловом шифоне царственной пожилой леди, сопровождаемой высоким молодым человеком. Наступило минутное молчание, и в эту недолгую тишину как раз и упали слова Линетт Саутерн. Впоследствии она готова была отдать все свое годовое содержание, лишь бы забрать их назад, но в тот момент они выскочили, и ей пришлось закончить речь хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. — Естественно, я голосую за брак с испытательным сроком! Если кто-то купил одежду и она ему не понравилась, можно вернуть ее назад. Почему же тогда наше современное общество терпит столь старомодную систему, заставляющую двух людей связывать себя браком на долгие годы то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Яркого оттенка и свободного покроя костюм, казалось, вызвал у него отвращение, а экстравагантная прическа — короткая стрижка и белокурые завитки надо лбом — тоже не сказала ему ничего в ее пользу, хотя и была последним писком моды в парикмахерском искусстве. «Хорошо, что я не переусердствовала с пурпурной помадой и фиолетовыми тенями для век, — подумала Линетт, даже не удивившись, что молчаливое неодобрение незнакомца так ее расстроило и подействовало на нервы, — иначе у этого сноба был бы еще один повод для осуждения!»

Линетт повернулась спиной к смеющейся элегантной толпе и прислушалась к разговору своих приятелей. Винс Чемберс, ее кавалер, восхищенно покачал головой:

— Ну ты и сказанула, Линетт! Величественные престарелые дамы были жестоко шокированы! — Он одобрительно рассмеялся, но ответная улыбка девушки была немного неуверенной.

«Я сделала это вновь! — мысленно призналась она себе, и тошнотворное чувство отвращения связало узлом все у нее внутри. — Почему, ну почему я не могу высказать свои настоящие мысли, вместо того чтобы потворствовать людям, с которыми вынуждена общаться?» Она ненавидела себя за слабость, за бесхарактерность, за дурацкое выступление в защиту низких моральных стандартов пресыщенной развлечениями компании, называемой ею — за неимением другого слова — своими друзьями.

Два года назад Эдгар Саутерн, удачливый промышленник и финансовый магнат, имеющий репутацию одного из богатейших людей Англии, вызвал дочь в свой рабочий кабинет на втором этаже их роскошного дома и хмуро заявил:

— Я решил, что с тобой что-то нужно делать, Линетт!

— Зачем, папа? — спросила она, искренне недоумевая.

Отец помрачнел еще больше и, прежде чем продолжить, порылся толстыми пальцами в коробке сигар. Линетт терпеливо ждала, пока он отрубал кончик сигары и закуривал, но вопрос, оставшийся в ее серых глазах, казалось, рассердил его, и, вместо того чтобы подобрать слова, смягчающие критику, Эдгар Саутерн проворчал:

— Девочка моя, ты когда-нибудь смотрелась в зеркало? Я потратил сотни фунтов, чтобы ты училась в лучших школах, в школах для избранных, где уделяют особое внимание хорошим манерам, чувству стиля и тому подобному, а что ты там приобрела? Ни-че-го! Только взгляни на себя, дитя мое! Ты закончила самый дорогой пансион благородных девиц в Париже два года назад, но после него я могу послать тебя только в Бредфорд, к родным твоей матери, — вот и вся польза! — Эдгар Саутерн пожал плечами и развел руками, показывая, как мало она собой представляет, коль скоро он не считает ее способной попасть в другое общество.

Сам он изрядно преуспел с тех пор, как женился на матери Линетт.