Мэри была его детской любовью еще в те дни, когда они оба жили на грязной улочке с небольшими, припавшими к земле домишками возле одной из дряхлых мельниц Бредфорда. Но Эдгар был весьма честолюбив. Он упорно работал, и его феноменальные успехи превзошли даже самые безумные надежды. Жена, Мэри, была кроткой, мечтательной особой, совершенно лишенной амбиций. Успех мужа поначалу обрадовал ее, а затем, когда деньги стали буквально сыпаться в сундуки и Эдгар прорвался в высший свет, она испугалась, замкнулась в себе, наотрез отказалась быть постоянно на виду. Она проводила все дни со своей маленькой дочкой, находя в этом удовольствие. Эдгар в конце концов подал на развод. Мэри умерла восемь лет назад, оставив после себя совершенно потерянную и сбитую с толку двенадцатилетнюю дочь и немного пристыженного мужа.
Все раздражение, накопившееся в Эдгаре Саутерне из-за отсутствия уверенности и лоска у жены, зеркально отражалось в пренебрежительном взгляде, которым он всегда окидывал дочь, ее мятые джинсы и грязные футболки. Линетт в такие минуты страстно хотелось быть леди с обложки глянцевого журнала, именно такой светской красавицей, какой и мечтал видеть ее отец. Но она не могла. Рауты, вечеринки и показы мод оставляли ее равнодушной. Она была гораздо счастливее, когда копалась в земле, помогая садовнику, или совершала длительные прогулки со своими собаками, ощущая капли дождя на лице и порывы ветра. Пансион она ненавидела. Безразличие к светским условностям и непрестанным разговорам о мужчинах и замужестве — тема, занимавшая мысли почти всех девушек, — сделало Линетт изгоем, игнорируемым всеми, за исключением одной милой француженки, искренне привязавшейся к ней. Дружба с Вивьен сделала последние шесть недель ее пребывания в пансионе более или менее терпимыми.
Эдгар Саутерн пристально смотрел на дочь, и та начала быстро-быстро моргать, сдерживая слезы, — еще одна привычка, сильно раздражавшая отца и, по его мнению, свидетельствовавшая о недостатке достоинства и воспитания. Вспыльчивый Эдгар принялся угрожать:
— Я заставлю тебя выучиться хорошим манерам! Что за нелепая ситуация — человек, имеющий все, унижен и разочарован собственной семьей! Сначала мать капризничала, а вот теперь и ты не можешь подкрепить мою репутацию! Мне нужна хозяйка дома, способная по высшему разряду принять моих гостей и деловых партнеров, твердой рукой управлять хозяйством. Другими словами, мне нужен ценный вклад, а не помеха!
Линетт даже не обиделась, прекрасно понимая, что для отца она всего лишь очередной инвестиционный проект, к сожалению не принесший ему никаких дивидендов.






