Маска светской львицы снята и отброшена, ничто и никогда не заставит ее вновь притворяться кем-то другим! Приняв это решение, девушка полной грудью вдохнула пряный воздух; океанская свежесть наполнила легкие.
Узкие улочки вывели ее к берегу. Линетт нашла безлюдное место на набережной и села на скамейку. Она впитывала в себя величественную красоту тропического пейзажа, подставляла лицо ласкам теплого ветра. У причала покачивались на волнах рыбацкие шхуны, яхты, баркасы, каноэ под парусами; круизные красавцы лайнеры с надменным величием взирали на нахальные грузовые пароходы, вынужденно мирясь с подобными соседями.
Линетт закрыла на мгновение глаза, чтобы дать им отдохнуть от яркого блеска солнечных лучей, танцующих на ослепительной голубизне океана. Но даже сквозь опущенные веки волшебство пейзажа все равно глубоко проникало в ее душу. Из доков, где хранились богатства острова, ожидающие транспортировки в дальние страны, доносился аромат копры, смягченный благоуханием стручков ванили, экзотических фруктов и овощей. Линетт расслабилась, устроилась поудобнее и не заметила, как заснула.
Когда она открыла глаза, солнце уже опустилось за горизонт. Девушка виновато вскочила на ноги и тут же вспомнила, что ей ни перед кем не нужно отчитываться, нет необходимости мчаться назад в отель, чтобы умыться, переодеться в непривычные наряды и с наигранной веселостью провести еще один пустой вечер. Оковы пали, она может наслаждаться сладким вкусом свободы! При мысли о нарядах Линетт нахмурилась. Все платья в ее гардеробе принадлежали девушке, которой она была вчера, и ни одно не привлекало ее сегодня. Она должна от них избавиться! Здесь, в Папеэте, полно магазинов…
Подхватив сумочку, девушка целеустремленно направилась к главной артерии города, где, несмотря на поздний час, шла оживленная торговля. Линетт смутно помнила, что на одной из боковых улочек, по которым она раньше бродила, ей попался подходящий магазинчик, и после недолгого блуждания она все-таки его нашла. Вывеска сдержанно гласила: «Мадлен», в небольшой витрине было выставлено только одно платье. Линетт вошла внутрь.
Хозяйкой оказалась пожилая француженка, одетая в черное; седые, элегантно уложенные волосы сразу приковывали к себе внимание, развеивая мрачность ее внешнего вида.
— Мне хотелось бы купить несколько платьев, — произнесла Линетт с благоговейным страхом.
— Mais certainement, mademoiselle
[5]
. Мне доставит большое удовольствие вас обслужить. Прошу сюда.
Линетт последовала за ней в небольшую примерочную и разделась, а мадам Мадлен принялась подбирать ей одежду. Хозяйка не спросила о ее предпочтениях в стиле и цвете, и девушка размышляла, как она теперь будет отказываться, если платья ей не понравятся.






