Менеджер казался очень взволнованным, что было необычно, поскольку раньше всякий раз, когда она с ним встречалась, он производил впечатление человека вежливого и в высшей степени сдержанного, истинного джентльмена.
— Мадемуазель, — поспешно продолжил он, убедившись, что сумел привлечь ее внимание, — мы так беспокоились! Несколько раз за сегодняшний день мы пытались связаться с вами, но безуспешно. Все ваши друзья покинули отель, поэтому мы не могли навести справки у них и не знали, где вас искать.
Линетт мгновенно подумала о своем отце и, побелев, вцепилась в руку мужчины:
— Что случилось? Что-то серьезное?
— Вас спрашивал маркиз де Парадиз, но мы были не в силах ему помочь!
Девушка вздохнула с облегчением:
— О, и это все? Я думала, случилось что-то ужасное!
Выражение лица менеджера свидетельствовало о том, что, по его мнению, так оно и было. А еще он, похоже, удивился, что англичанка, которой интересовался сам маркиз де Парадиз, не запрыгала от радости.
— Маркиз не сказал, зачем он хотел меня видеть? — равнодушно спросила Линетт.
— Он оставил послание, мадемуазель. Просил вам передать, что его планы внезапно изменились и он хотел бы, чтобы вы были готовы уехать завтра рано утром, а не на следующей неделе, как было условлено. Этим вечером его в Папеэте не будет. Он оставил вам номер телефона, но предупредил, чтобы вы им воспользовались лишь в случае, если не сможете принять этот план действий. Если же вы пожелаете поехать с ним завтра утром, маркиз просил, чтобы вы были на пристани в восемь часов — там он вас и встретит.
Линетт похолодела. Она думала, что у нее впереди еще несколько дней отсрочки, прежде чем ей придется столкнуться с массой проблем, но теперь эти проблемы неожиданно навалились на нее всей своей тяжестью. Впрочем, отступать было некуда. Она обещала Вивьен приехать и должна сдержать слово.
Менеджер, заметивший ее нерешительность и полное отсутствие энтузиазма, с недоумением спрашивал себя: понимает ли она, какую честь маркиз ей оказал? Ему было невдомек, что для Линетт солнце вдруг померкло и нежная зыбь голубого океана превратилась в полный опасностей омут и в этот омут нужно броситься очертя голову.
На следующее утро, выпив чашку кофе — больше она ничего не смогла проглотить, — Линетт очень рано оказалась на пристани. Мрачные предчувствия переросли в нервное возбуждение, когда она стояла одна на пустынном причале и ждала мужчину, который столь жестоко обходился с ее эмоциями. Однако, одетая в легкое платье без рукавов из коллекции мадам Мадлен и с минимумом макияжа (всего лишь светло-розовая помада на губах), девушка казалась прелестным образцом безмятежности.






