ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Авторский сборник рассказов. Убийца поневоле Уильям Айриш Эта книга посвящена Питеру Дж. Андерсону, эсквайру, из Санта-Моники, штат Калифорния, который подхватил эстафетную палочку, невольно уроненную Мэлом Ниммером, эсквайром (ввиду его безвременной кончины), моим первым адвокатом в нашумевшем деле об авторских правах, которое началось в 1983-м и завершилось в 1990 году в Верховном суде США с результатом шесть против трех в пользу Шелдона Эйбенда. Это решение послужило на пользу десяткам тысяч вдов и наследников во всем мире. Питер показал, что является вторым Давидом, потому что его противниками были «Эм-си-эй», самая крупная кинокомпания в мире, «Юниверсал студио», владение Алфреда Хичкока, Джимми Стюарт и прочие, многие студии, кроме компании Уолта Диснея, где, очевидно, думали иначе. Мы снимаем шляпы перед Ирвином Карпом, эсквайром, Хербертом Джакоби, эсквайром, Барбарой Ринджер, эсквайром, Ральфом Оменом, эсквайром, сотрудником агентства США по авторским правам, и перед гильдией поэтов и композиторов Америки, которые все представляли документы в поддержку позиции Шелдона Эйбенда в деле «Окно во двор», а также перед Робертом Оссанна и Жужей Молнар и ее покойной матерью Маргит Молнар. Шелдон Эйбенд, известный также под именем Буффало Билл Окно во двор Я не знал, как их зовут. И никогда не слышал их голосов. Откровенно говоря, я не смог бы даже сказать, как они выглядят, потому что рассмотреть их лица на таком расстоянии было просто невозможно. Зато я отлично представлял себе их распорядок дня — когда они уходили и приходили, как проводили свободное время. Они были обитателями мира, открывавшегося мне из окна. Конечно, это очень походило на подглядывание, и даже, пожалуй, было сродни безотрывному наблюдению радиолокатора. Но подглядывание не было моей самоцелью, и мне не за что себя винить. Все

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По обе стороны от закрытой для стоянки территории и так уже теснилось множество машин. Поэтому он свернул за угол в тихий тупик, который отделял виадук от прилегающих зданий. Отсюда был виден боковой вход на станцию.

Четыре минуты… Поезд придет через четыре минуты. Он уже выехал с главного городского вокзала и находится теперь на подходе к этой станции. Пэйн подумал: «Пора идти. Конечно, мне придется нелегко, но я постараюсь все преодолеть».

Внезапно его одолели сомнения, а сможет ли вообще он подняться.

Ему вдруг захотелось остаться там, где он был, и пусть вечность поглотит его.

Две минуты… Поезд шел уже по стальному виадуку, так что он отчетливо слышал его громыхание.

Тротуар между дверцей и входом на станцию показался ему неимоверно широким. Собрав остатки жизненной энергии, он вылез из машины и, пошатываясь, пошел вперед, с каждой минутой все больше сгибая ноги в коленях. Станционная дверь, закрываясь за ним, подтолкнула его вперед. Пэйн вошел в зал ожидания, поразивший его своими размерами, хотя в действительности это помещение не было столь уж огромным. Он даже подумал, а хватит ли у него сил пересечь его. До прихода поезда оставалась только одна минута. Он так близко и так далеко.

Дежурный уже объявил:

— Пассажиров, которым надо на монреальский экспресс, просим подняться на платформу! Остановки: Питтсфилл — Барлингтон — Роуз-Пойнт — Монреаль!

Длинные скамьи стояли рядами. Опираясь на их спинки, Пэйн смог все же преодолеть нескончаемое пространство зала ожидания. Добравшись до первого ряда, он, перебираясь от скамьи до скамьи, дотащился кое-как до барьера, где проверяли билеты. Время между тем шло, поезд приближался, а жизнь уходила.

Оставалось сорок пять секунд. Последние задержавшиеся пассажиры уже поднялись наверх. Подняться на платформу можно было двумя путями: или по длинной лестнице, или на эскалаторе.

Он направился к эскалатору. Поскольку билета у него не было, ему не удалось бы пройти через контроль — этого они с Паулиной не предусмотрели, — но на нем была фуражка таксиста.

— Встречаю группу, — невразумительно пробормотал он и встал на эскалатор, который начал медленно поднимать его вверх.

Остановка длилась недолго. Не успел поезд прийти, как сверху, с платформы, послышался свисток. И вслед за тем раздался звук колес трогающегося поезда.

Все, что он мог сделать, — это только удержаться на эскалаторе. Позади него уже никого не было. Если он доберется до верха, ему придется еще пробежать длинный путь по наклонному проходу. Он вцепился ногтями обеих рук в поднимающиеся поручни эскалатора, будто от этого зависела его бренная жизнь.

А снаружи, на улице, поднялась суматоха. Он слышал неистовые полицейские свистки.