ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эта книга о крупнейшем американском писателе и общественном деятеле Теодоре Драйзере. В своих романах Драйзер разрушает миф о «свободном мире», показывает, что в Америке рядом с богатством существу... Драйзер Сергей Сергеевич Батурин Часть I Глава 1 РОДИТЕЛИ, БРАТЬЯ И СЕСТРЫ Американский Средний Запад издавна привлекал переселенцев своими плодородными землями, богатыми залежами полезных ископаемых, хорошими климатическими условиями. Ежегодно сюда прибывали новые переселенцы из районов Новой Англии и из Европы. Одних гнала нужда, других притягивали новые земли, третьи бежали от призывов в армию из беспрерывно воевавших между собой стран Европы, четвертые отправлялись за океан в поисках «новой мечты», ими двигали религиозные искания. Заметим, кстати, что именно эта группа переселенцев по убеждениям составила ту социальную среду, на базе которой возникло оппозиционное движение, побуждавшее лучших представителей колоний к просветительской деятельности. Наиболее смекалистые и предприимчивые иммигранты разводили скот и открывали шахты, скупали землю и строили железные дороги. Одним везло, и они богатели, другие — таких было подавляющее большинство — всю жизнь безропотно тянули лямку, не вылезая из нужды. Наплыв иммигрантов из Европы особенно возрос в конце 40-х годов XIX века. Тому способствовали разные причины: поражение революции 1848 года в Европе, голод в Ирландии, открытие больших залежей золота в Калифорнии. В 1844 году среди новых переселенцев был и двадцатитрехлетний Джон Поль Драйзер, покинувший родную Германию, чтобы избежать призыва на военную службу. Какое-то время он работал в Нью-Йорке и в штате Коннектикут, но вскоре в поисках счастья подался на Средний Запад. Во время своих скитаний с одного места на другое он встретил красавицу Сару Марию Шёнёб, дочь зажиточных фермеров. Молодые люди полюбили друг друга, но родители Сары, члены небольшой религиозной секты,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Эти воспроизведенные со стенографической точностью разговоры, паутина финансовых интриг, обнаженный костяк предприимчивости оскорбляют наши артистические чувства, — писал о «Трилогии желания» известный американский критик Рэндолф Борн. — И все же целое сохраняет вкус и аромат тех примитивных джунглей бизнеса, которые оно описывает». Заслуга Т. Драйзера, автора «Трилогии желания», в том и заключается, что он раскрыл перед всем миром подноготную этих «джунглей бизнеса», показал подлинное лицо магнатов капитала.

Ясным солнечным январским днем 1946 года друзья проводили Германа Теодора Драйзера в последний путь. Джон Говард Лоусон произнес над гробом последнее слово. Потрясенный до глубины души смертью друга, он говорил о его вкладе в литературу, о тех путях, которые привели Драйзера в коммунистическую партию.

Чарли Чаплин медленно, глухим от волнения голосом прочел стихотворение покойного писателя «Путь, которым я прошел».

…О небо!

Перемены!

К которым мы стремимся

С такою радостью

Иль от которых мы бежим

В тревоге —

И все же именно они обещают

Сохранить нас в себе

Навеки.

О, что же это такое,

То, что понимает путь, которым я прошел?

Мимо гроба в скорбном молчании проходили сотни простых людей, отдававших последний долг своему писателю.

На могиле писателя на непритязательной плите начертано его имя, даты рождения и смерти и строчки стихотворения, которые над гробом прочел Чарли Чаплин.

Генри Менкен прислал Элен письмо с соболезнованиями, в котором, в частности, писал: «Факт заключается в том, что он был великим художником. Никакой другой американский гражданин его поколения не оказал такого широкого и прекрасного влияния на нашу национальную литературу. Американская литература до и после него отличается так же сильно, как биология до и после Дарвина. Он был человеком огромной самобытности, глубокого чувства и непоколебимого мужества. Все мы, писатели, лучше чувствуем себя в этом мире потому, что он жил, работал и надеялся».

За треть века, прошедшие после смерти Драйзера, много перемен произошло в мире. Канули в Лету имена многих других писателей — его современников, их вспоминают лишь в книгах по истории литературы. Произведения же Драйзера продолжают жить, их читают, о них спорят критики и литературоведы. К столетию со дня рождения Драйзера несколько американских издательств выпустили в свет юбилейные издания его основных книг, вышли из печати новые работы американских литературоведов о жизни и творчестве писателя. Многотысячными тиражами книги Драйзера выходят в СССР. Живая сила созданных творческим вдохновением писателя образов и картин американской жизни не только не уменьшилась с течением времени, но приобрела новые импульсы, ее воздействие на читателя выросло и расширилось.