Когда над горизонтом за рекой показались похожие на длинные пальцы лучи света, они стали напряженно вглядываться в даль, пытаясь уловить малейший звук, но ничего не видели, кроме безлюдной низины да стены леса за ней; чуть дальше простирались пологие склоны Ежевичного кряжа, порозовевшие от утренней зари.
— Черт подери, где же они? — неуверенно спросил кто-то.
— Кажется, убрались!! — восторженно завопил Изекиэл.
— Не горячитесь, ребята! — предостерег их Дэниэл. — Нельзя позволить им захватить нас со спущенными штанами.
Через минуту раздались радостные возгласы снаружи. Когда Дэниэл, Роман и Каллен выбежали на грязный двор, их встретили отчаянно запыхавшиеся полковник Кэллоувэй и Сквайр.
— Часовые говорят, что весь подземный ход обвалился! — тяжело прохрипел Сквайр, держась за раненое плечо и корчась от боли после быстрого бега.
Роман с Калленом, не дожидаясь доклада часовых, взлетели на смотровую башню.
Подземный ход, который индейцы так усердно рыли, рухнул, и теперь все пространство от берега реки и почти до тыльной стороны частокола форта было покрыто жидкой смесью воды и грязи.
Они с минуту полюбовались этой картиной. Вода в реке стремительно неслась, выйдя из берегов после обильного дождя, — это и сыграло свою роковую роль. Но независимо от столь безрадостного пейзажа повсюду дальше омытая дождем земля мирно сияла под ярким небом.
— Вознесем же хвалу Господу! — умиленно сказал Бен, вышедший с братом Тоддом после дежурства из сырого подземелья туннеля на свет Божий.
— Кажется, они все-таки ушли… — произнес Дэниэл.
Он хорошо понимал, что шоуни наверняка восприняли обвал туннеля как последнее зловещее предзнаменование, как последний ясный знак от своих духов.
— Может, мы с Романом сбегаем посмотрим? — предложил Каллен.
— Ну, — сказал Бун, пожевывая сорванную с куста веточку, — теперь я не удивлюсь, если лейтенант Ликандр раскорешовал с Черной Акулой. — Он широко улыбнулся: — Отправляйтесь, посмотрите, но только будьте осторожнее. Нельзя от радости терять головы, пока во всем не убедимся.
Разведчики ускакали, и весь гарнизон терпеливо ждал их возвращения. Немногие рискнули выйти за ворота, каждую секунду опасаясь услышать вой летящей над головой пули или душераздирающий вопль шоуни. Никто не покинул своего боевого поста. Женщины сидели вместе почти не разговаривая.
Около полудня все увидели Каллена, скачущего во весь опор на черной кобыле вдоль берега реки. Он неистово размахивал своей черной шляпой и сиял ослепительной улыбкой. Мужчины закричали, завопили что было сил, и так орали во всю глотку, пока не охрипли… Едва Клеборн въехал в ворота, они вытащили его из седла, повалили на землю и забарабанили ладонями по его спине с такой силой, что он и слова не мог вымолвить.






