Она развела ноги и вся открылась ему навстречу, розовая, сияющая. Трэвис больше не мог вынести этого. Он присел и насадил Лили на свой вздыбленный орган. Когда она подскакивала на нем, выкрикивая его имя, снова доводя Трэвиса до оргазма, он знал, что никто никогда не будет его любить, как Лили, и ни одна другая женщина уже не займет места в его сердце.
Глава 15
Лили открыла тяжелые веки. На мгновение она потеряла ощущение пространства. Но потом ее озарило. Она у Трэвиса в его холостяцкой квартире. Не потому, что у них был эпизодический секс, а потому что они женаты.
Женаты.
Она все еще не могла принять этого ни сердцем, ни умом. На ее пальце красовалось кольцо, а после того, как они вчера занимались любовью и перебрались в кровать, чтобы отведать цыпленка по-китайски, Трэвис показал ей свидетельство о браке, заверенное итальянскими властями.
— Мы женаты, — сказал он, когда она спросила его в холле о презервативе. Он посчитал, что он ответил. Она же была так ошарашена, что не сопротивлялась ни секунды.
За последнюю неделю она уже должна была привыкнуть к водовороту событий. Она не могла сообразить, когда ей ждать менструацию. Она даже не могла примерно подсчитать свою вероятность забеременеть. Теперь она понимала, что им не стоило поддаваться накалу страсти, а дать друг другу время немного подумать.
Ребенок. Что, если она забеременеет? Что, если к этому времени Трэвис решит, что насытился ее любовью?
Она заметила на подушке записку: «Пришлось отправиться в офис на встречу. Жду в офисе ровно в полдень. Я приглашаю тебя на обед. Живу надеждой. Люблю, целую. Твой муж».
Лили прижала записку к груди. Она смотрела на дуб, который виднелся из окна их спальни, и не могла поверить в то, как благосклонно Трэвис отнесся к церемонии бракосочетания. Будучи убежденным холостяком, как легко он начал говорить «люблю», «твой муж». Ей бы хотелось набраться смелости и спросить его о том, как он чувствует себя в новом статусе, но она слишком боялась нелицеприятного ответа.
А вдруг он рассмеется ей в лицо и скажет: «Попалась!», как будто это может прозвучать как удачная шутка?
Лили закрыла глаза. Ей надо прекратить доводить себя. Каждый день в ожидании какой-нибудь подлой выходки Трэвиса превратится для нее в пытку.
Часы на прикроватном столике показывали десять утра. Неужели так поздно? После душа она заметила, что у нее нет чистой одежды. Шкаф Трэвиса был открыт, и Лили начала рыться в нем под предлогом того, что ей надо подыскать что-нибудь подходящее, но на самом деле она лишь хотела увидеть его личные вещи. Она вдохнула аромат Трэвиса, которым были пропитаны костюмы от «Прада» и галстуки от Ральфа Лорена. Она зарылась лицом в его футболки, а затем потянула на себя ящики.






