ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лили никогда не любила себя, даже отражение в зеркале огорчало ее: оно совершенно не походило на иллюстрации в модных журналах. Она была уверена, что никто и никогда ее не полюбит, что такие женщины,... Будь моей Бэлла Андре Глава 1 — Я? Моделью? Ты, наверное, смеешься? Нижняя губа Джаники Эллис предательски задрожала. — Прошу тебя, Лили. У Сони проблемы с желудком. А она была моей единственной моделью для демонстрации одежды больших размеров. На тебя вся надежда. Махнув в сторону ярких смелых платьев, висевших на плечиках, она добавила: — Это ведь не простой день. Сегодня мое первое большое шоу, и в зале сидят потенциальные покупатели. Тебе надо выйти и показать всего одно платье. Ради меня. При других обстоятельствах Лили Эллис сделала бы что угодно ради сестры. Но в данном случае «что угодно» подразумевало демонстрацию ее вовсе не модельных параметров (все-таки она носила шестнадцатый размер), да еще под ослепляющими лучами прожекторов, да еще она должна была пройти по подиуму на высоченных шпильках. Она живо представила, как по аудитории проносится шепот неодобрения: «Что эта корова делает на шоу?» Да она в обморок упадет от унижения! Она и так ощутила себя не в своей тарелке среди этой тусовки, состоящей в основном из дизайнеров и художников. Пройти два квартала от парковки к Москон-Центр, который находился в южном Сан-Франциско, Лили было достаточно, чтобы ощутить себя так, словно на груди у нее пришпилена вывеска «Со мной скучно». Она энергично замотала головой и невольно повысила голос, перекрывая гул за кулисами подиума, где оживленно болтали визажисты, модели и дизайнеры. — Я пришла посидеть среди публики и поаплодировать твоим невообразимым нарядам, а не для того, чтобы появиться в обтягивающем прозрачном платье, в котором я буду похожа на хромающего слона. Однако спустя несколько минут Лили всерьез озадачилась: «Чего это вдруг меня закалывают со всех сторо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но конечно, она не могла бы сказать ничего подобного. Вместо этого она затаила дыхание, ожидая, когда он прикажет таксисту остановиться и поведет ее в свое «убежище».

Она вглядывалась в зелень его глаз, не зная, сможет ли вырваться из этого омута. Она не знала, что ей надо будет сказать, когда все будет позади. Что-то вроде: «Трэвис, не волнуйся, об этом никто не узнает. Никто не догадается, что мы были вместе».

Нет, она ничего не могла сейчас сказать наверняка, потому что Трэвис осматривал ее с ног до головы, оценивая свои шансы.

— А ты вся взмокла, — тихо произнес он.

Лили кивнула, потому что это было очевидно. Неужели он решит, что это отвратительно — так быстро возбуждаться только от одного поцелуя во время танца? Его рука скользнула под юбку и тронула голую шелковистую кожу. Лили была счастлива, что ее страхам не суждено сбыться. Она метнула взгляд и сказала:

— Таксист.

Ужас состоял в том, что, если бы Трэвису вздумалось рвануть на ней платье и овладеть ею прямо на сиденье этой машины, она бы даже не стала сопротивляться.

Но в этот момент автомобиль остановился. Трэвис торопливо рассчитался. Он снова сплел свои пальцы с ее, и Лили не могла не подумать о том, как замечательно ощущать тепло любимого тела.

Она вспомнила, как в первом классе Трэвис был ее лучшим другом. Он всегда защищал ее, брал за руку, когда они переходили дорогу, и она запомнила это ощущение безопасности, которое ей дарило его присутствие.

Она замерла, когда он открыл большую входную дверь и пропустил ее вперед. Тихо захлопнув ее за собой, он протянул руки к Лили и повернул ее к массиву двери спиной.

Еще до того, как Лили успела сообразить, что он делает, Трэвис опустился на колени.

— Трэвис? — дрогнувшим голосом отозвалась она.

— Тише, — скомандовал он, задирая ей юбку выше талии.

Она, уронив свою вечернюю сумочку на пол, затаила дыхание. Она стояла перед ним почти обнаженная, так как ее наготу прикрывали лишь символические шелковые трусики. Он коснулся губами кожи на ее ноге выше колена, и она издала протяжный стон. Ей казалось, что он воспламеняет ее изнутри. Когда Трэвис дошел до изгиба бедра, Лили уже не могла устоять на ногах.

Как в ее самых несбыточных мечтах, язык Трэвиса скользнул у нее между ног. Она заставила себя удержать равновесие невероятным усилием воли. Неужели она сейчас во власти того человека, с которым связывала свои самые смелые мечты?

Когда Трэвис принялся за ее покрытый шелком лобок, она не выдержала и запустила пальцы в его густые черные волосы.

— Прошу тебя, — умоляла она, но не смогла заставить себя ясно сформулировать мысль.

Не говоря ни слова, Трэвис уступил и начал ласкать ее клитор языком. Она вся напряглась, но не могла сдержать крика радости.

Лили хотела ощутить себя во власти этого демона любви.