ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бывший офицер спецназа ГРУ потерявший обе ноги в одной из операций на Северном Кавказе, неожиданно оказался в 1982 году переместившись из 2011-го, в тело пятилетнего ребенка, в собственное тело... Владимир Поселягин Дитё Пролог Больно, как же больно. Боль протекала по всему телу огнем. От неожиданной вспышки боли в районе груди Артур застонал. Сквозь шум в голове было слышно чей-то успокаивающий женский голос: - Все хорошо, Артурчик, все хорошо. Сейчас доктор придет и сделает укольчик. И все пройдет, потерпи немножко,- и тут же обратилась к кому-то: - Константин Сергеевич, он только что стонал от боли - со стороны ног послышался молодой мужской голос, - Хоть стонет, а то два дня под капельницей пластом лежал - Артур с трудом приоткрыл глаза. Сквозь застилавшие их слезы разглядел стоящих рядом женщину в белом медицинском халате и молодого парня лет двадцати пяти, тоже в белом халате. Похоже, что движение век, стоящие рядом медики заметили, поэтому склонились перед ним. - О, очнулся малыш?- Артур непроизвольно поморщился. Так обращаться к человеку, который старше тебя, это неуважение к нему. Он с детства не любил, когда обращаясь к человеку старше себя, какой-нибудь недоросль позволяет себе обращаться с ним по-простецки, как с равным. Артур всегда считал, что надо выказывать уважение прожитым годам. Даже к своему соседу, который старше его всего на одиннадцать лет, он обращался по имени-отчеству. Грубиянов, он не любил, поэтому, с трудом различая свой голос, сквозь шум в голове. И шевеля сухим языком, ответил: - Мой малыш у тебя во рту не поместится, сынок. Разговаривая с человеком старше тебя, надо оказывать ему уважение. Называть хотя бы по имени-отчеству,- эта отповедь у Артура отняла немало сил. На лицах стоящих медиках отразилась целая гамма чувств, от изумления до гнева. Врач, остановил движением руки, открывшую было рот возмущенную женщину. Положив мне руку на ло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отойдя немного в сторону, при этом не спуская глаз с часового контролируя его боковым зрением, я устроился ждать ночи, надеясь, что раньше они не сорвутся с места.

Перед самым закатом часовой слез с дерева и больше на него не залезал, подойдя к девице и тоже поимев ее, он развалился спать рядом с товарищами. На пост заступил другой молодой татарин, и взяв короткую пику стал неторопливо прохаживаться.

Бросаться на них с голыми руками я не стал, а тихо подползя к ближайшему, замирая от любого шума, аккуратно вынул нож, из лежащих рядом с татарином поясных ножен. Также осторожно я достал и саблю. Хлопнув по щеке спящего, и как только он открыл глаза, всадил ему нож прямо в сердце, так же тихо я прошелся по остальным.

Часовой в это время отошедший к лошадям, шелестя травой возвращался, я ждал его на середине пути, и неожиданно вскочив из высокой травы нанизал на саблю, по самую рукоятку. Также тихо как и остальные, часовой умер. Посмотрев в сторону стреноженных лошадей, которые только сейчас почуяли кровь и чужого, насторожившись и прислушиваясь ушами, направился обратно к лагерю, думая что хорошо, что догадался подобраться с подветренной стороны и кони меня не почуяли.

Собрав все оружие, и раздев убитых до исподнего, я не подходя к спящей пленнице завалился спать, утро вечера мудренее. Проснулся я рано, еще не полностью встало солнце. Пошевелив лопатками, спина давала о себе знать, я откинув один из халатов которым укрывался, зевая встал.

Протерев руками лицо быстро осмотрелся, убитые продолжали лежать там где я их оставил, были они голыми, после того как я снял с них одежду. Сейчас этот ком лежал рядом, и я решил себе что-нибудь подобрать.

Быстрый осмотр, и я натянул на себя довольно новые штаны. Что не скажешь о их чистоте, и рубаху одного из тех кого я полоснул по горлу.

Полностью одевшись, и разобравшись со всеми завязками, я подобрал себе обувь по ноге, повезло, что один из татарчат имел такой же размер.

Осмотрев все сабли разочарованно вздохнул, хороших не было, все они были сделаны из плохого железа, но выбирать было не из чего, и я под правою руку нацепил саблю предводителя, а под левую ту что получше.

Выбор ножей тоже был не долгим, один из них прекрасно подходил под метательный, другой изогнутый кинжал, к моему удивлению был с довольно неплохим лезвием.

В это время проснулась девица, и увидав рядом мертвых насильников завизжала и вскочив метнулась в сторону леса. Но со связанными впереди руками и после насилия, далеко она убежать не успела, быстро ее нагнав, я пнул по аппетитной попке которая вихляла передо мной.

От удара по волнующей мякоти, девушка упала, перевернув ее на спину, от чего она привычным движением раздвинула ноги, разрезал стягивающие ее руки веревки.