ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В Брэдфилде одну за другой находят проституток, убитых с особой жестокостью. На руке у каждой из них — странная татуировка. Тем временем из тюрьмы бежит Джеко Вэнс, некогда прославленный спортсмен-оли... Возмездие Вэл Макдермид 1 Вэнс всегда восхищался цирковыми артистами, которые демонстрировали публике искусство освобождения от цепей. Порой оно выглядело как настоящая магия, хотя на самом деле секрет таился в умении отвлечь внимание. Никаких других секретов в их ремесле не было. Некоторые артисты изготавливали фальшивые цепи, неотличимые от настоящих, некоторые полагались на собственную силу и гибкость, многие использовали и то и другое одновременно, и все же в любом трюке подобного рода главным было умение в нужный момент отвлечь внимание зрителей. А в этом Вэнс не знал себе равных. Проще всего отвлечь внимание человека, который не подозревает, что его водят за нос. А чтобы он ничего не заподозрил, чтобы он до самого конца считал, будто все идет как полагается, нужно сделать так, чтобы твои маневры не выходили за рамки нормы. Многое, разумеется, зависит от обстановки. К примеру, в офисе, где все функционирует в соответствии с заведенным порядком, придется очень постараться, чтобы замаскировать свои отвлекающие действия, придать им видимость обыденного, обычного, потому что все необычное сразу бросится в глаза, запомнится и в конце концов привлечет нежелательное внимание. Другое дело в тюрьме, где жизнь непредсказуема и переменчива, несмотря на видимость порядка. Иной она и быть не может — слишком много здесь собрано взрывных темпераментов и ярких индивидуальностей, слишком сложна система неофициальной иерархии среди заключенных. О какой предсказуемости может идти речь, если пустячный спор здесь в мгновение ока оборачивается насилием, а внутреннее напряжение и отчаяние чреваты взрывом? В тесном мирке за решеткой каждую минуту, и днем и ночью, может произойти все, чт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Неудивительно, что, пытаясь добиться своего, он несколько раз ошибся. К счастью, на воле остались люди, которые продолжали верить в его невиновность, и Вэнс сумел использовать их на полную катушку. Просто поразительно, как быстро тюремные альфа-хищники изменили к нему отношение, когда ему удалось должным образом смазать кое-какие колесики снаружи, благо в специфической «смазке» — красивых бумажках с портретом ее величества — он недостатка не испытывал.

Еще одним ключевым элементом его стратегии было держаться подальше от неприятностей и не раздражать Систему. Что бы он ни затевал на самом деле, следовало создавать впечатление, будто он строго следует правилам тюремного распорядка. Хорошее, даже примерное поведение — вот что видела тюремная администрация. И со стороны действительно могло показаться, будто Джеко Вэнс смирился с неизбежным и даже пытается встать на путь исправления, хотя на самом деле это была такая же игра, как и все остальное.

Когда-то Вэнс часто смотрел телевизионные шоу, которые вела его жена. Однажды она брала интервью у начальника тюрьмы, заключенные которой взбунтовались и на протяжении добрых трех суток удерживали тюрьму под своим контролем. Начальник выглядел усталым. Вэнс до сих пор отчетливо представлял его лицо каждый раз, когда вспоминал сказанные им слова: «Какими бы строгими ни были правила, они всегда найдут способ их обойти». Тогда Вэнсу даже захотелось сделать эту тему центральной в своей собственной телепрограмме, но только теперь он понял, что означали эти слова на самом деле.

Разумеется, у заключенного не так уж много возможностей обойти то или иное правило — главным образом потому, что он вынужден полагаться только на свои собственные силы. Но у Вэнса с самого начала было весомое преимущество перед остальными узниками. То, что когда-то сделало его самым популярным ведущим на британском телевидении, продолжало действовать и в тюрьме. Он был обаятелен, красив и харизматичен. Принимая во внимание, что до несчастного случая, который и заставил его обратиться к телевидению, Вэнс прославился как спортсмен, он мог претендовать на звание «настоящего мужчины». В своем активе он числил и Георгиевский крест, которым его наградили за то, что он, рискуя собственной жизнью, спасал детей во время серьезной аварии на затянутом туманом шоссе. Возможно, впрочем, что эту награду ему вручили в качестве компенсации за потерянную руку, которой он лишился, когда пытался спасти водителя из искореженной кабины грузовика, но сейчас это уже не имело существенного значения. Сам Вэнс был уверен, что в данный момент в стране нет другого заключенного, который был бы, как он, награжден высшим гражданским орденом за героизм.