ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шокирующий триллер! Движимый яростью преступник становится беспощадным. Ему все равно, проститутка перед ним или невинная девочка. Одним чудовищным росчерком он ставит свою подпись на женских телах... Часть 1 Глава 1 Роман «Ярость» является литературным произведением. Все имена, персонажи, места событий и сами события были либо рождены в воображении автора, либо использованы непредумышленно. Любое сходство с ныне живущими или умершими людьми, с какими-либо происшествиями или с местами реального действия является чистой случайностью. Посвящается Кейт и Кейт 5 февраля 2006 года «ДЕКАТУР СИТИ ОБЗЕРВЕР», 17 июня 1985 года УБИЙСТВО ПОДРОСТКА В ДЕКАТУРЕ Вчера утром родители пятнадцатилетней Мэри Элис Финни в своем доме по Адамс-стрит обнаружили дочь мертвой. Полиция пока не сообщает никаких подробностей, ограничившись короткой информацией о том, что рассматривает случившееся как убийство и что уже опрошены все, кто видел Финни последним. В сделанном вчера вечером заявлении отца девочки Пола Финни, помощника прокурора округа Де-Кальб, выражается уверенность в том, что полиция привлечет убийцу к ответственности. Мэри Элис была отличницей средней школы Декатура, активисткой школьной группы поддержки, а недавно была выбрана президентом своего десятого класса. Источники, близкие к следствию, сообщили, что тело Мэри Элис было обезображено. Детектив Майкл Ормевуд ехал по Де-Кальб-авеню в направлении к Грейди Хоумс, краем уха прислушиваясь к передававшемуся по радио репортажу о футбольном матче. Чем ближе он подъезжал к этому району муниципальной застройки, тем больше чувствовалась висевшая в воздухе напряженность, а к моменту, когда он повернул направо, — в «зону военных действий», как называло это место большинство копов, — тело его буквально звенело, как туго натянутая струна. По мере того как Управление жилищного хозяйства Атланты медленно, но верно разваливалось, субсидированн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Бетти мирно похрапывала у него на груди, но когда дверца машины громко хлопнула, она проснулась

Уилл прошел через двор к женщине, которая, сняв туфлю, пыталась каблуком забить в землю деревянный колышек.

— Могу я вам чем-то помочь? — спросил он.

Она испуганно вздрогнула и схватилась за горло.

— Господи, вы меня до смерти перепугали!

— Я Уилл Трент. — Он показал в сторону своего дома. — Живу по соседству.

Она посмотрела на собаку, и губы ее брезгливо скривились.

— Мне казалось, мама говорила, что это создание сдохло.

— Бетти?

— Да, Бетти. Мы перевезли Бетти в дом престарелых.

Уилл нахмурился.

— Простите, я не понял.

— Ну, Бетти, моя мама. — Женщина явно теряла терпение. Было видно, что она не собирается задерживаться здесь и уж совершенно точно не хочет вступать в объяснения с Уиллом. — Сейчас она живет в доме престарелых. А этот дом мы продаем.

— Но, — попытался Уилл, — я сам слышал, как она… — Он посмотрел на собаку. — Иногда по ночам она, то есть ваша мама, кричала на кого-то по имени Бетти.

— Она орала на себя, мистер Трент. Вы никогда не замечали, что моя мамаша немного не в себе?

Он вспомнил о ночных воплях, о том, как иногда соседка начинала громко распевать, поливая искусственные растения на своем крыльце. Тогда эти вещи не казались ему такими уж странными, учитывая эксцентричность всего района. Невольно с опаской будешь выходить на улицу, на которой в крохотном доме, разрисованном всеми цветами радуги, живет шестеро хиппи, напротив церкви меннонитов стоит на кирпичах брошенный «вайнермобайл»

, а чуть дальше живет малограмотный парень ростом за метр девяносто, который прогуливает комнатную собачку на ярко-розовом поводке.

У женщины был с собой степлер, который она использовала, чтобы прикрепить к деревянному колышку нечто похожее на самодельную табличку с надписью «ПРОДАЕТСЯ ВЛАДЕЛЬЦЕМ».

— Ну вот, — сказала она. — Это должно сработать. — Она обернулась к Уиллу. — Через день-другой кто-нибудь появится здесь, чтобы вывезти вещи.

— Ага.

Она надела туфлю и швырнула степлер в машину.

— Подождите, — сказал Уилл.

Это ее не остановило. Она все равно села в машину и, уже заведя мотор, опустила боковое стекло.

— Что еще?

— Собака, — сказал он, поднимая Бетти (если ее действительно так звали). — Что мне с ней делать?

— Мне все равно, — ответила женщина, скривившись при взгляде на собаку. — Мама терпеть не могла эту маленькую крысу.

— Она сказала мне вычесывать ее, — сказал он, словно это могло что-то изменить.

— Вероятно, она имела в виду не «вычесать», а «выбросить».

— Но…

Женщина почти перешла на крик:

— Ради всего святого, да просто утопите ее в пруду!

Взглянув через плечо, она с места рванула задним ходом по дорожке, едва не задавив мужчину, бегущего трусцой.