Скорее всего, или гигантский каменный заряд, или просто очень большой метеорит, вроде Тунгусского. А «огненная геенна» и «вход в ад» могут оказаться чем угодно. Первое, что приходит в голову, это пласт торфа или угля, который воспламенился от раскаленного метеорита… Хотя гадать о таких вещах дело неблагодарное – пока своими глазами не увидишь, строить гипотезы не на чем. Жаль, что отец Александр не расспросил подробно того лейтенанта об увиденном. Тогда мы были бы больше готовы к тому, что нас ждет.
К эпицентру мы вышли как-то сразу. Вроде и ждали этого, а получилось неожиданно.
Сначала я заметил, что лес впереди словно стал реже – больше просвечивало небо. Иваныч только кивнул в ответ на мой взгляд и прибавил шаг. До этого мы шли по ровной земле, а тут вдруг пошел приличный подъем. Мы не прошли и ста метров, как деревья перед нами совсем расступились, словно занавес в театре, а мы оказались в первых рядах.
Перед нами, круто уходя склонами вниз, разверзлась огромная яма. Почти идеально круглая, только кое-где по краям грунт осел и осыпался. Больше всего это походило на воронку от взрыва. Теперь стал понятен подъем перед ямой – это были земля и камни, отброшенные взрывной волной. До противоположного края не меньше трех километров – я с трудом различал деревья на той стороне.
Воронка образовалась десять лет назад, и ее склоны успели зарасти «ряской». Кое-где земля осыпалась или ее вымыло стекающей дождевой водой, и сейчас стены воронки напоминали вьетнамские рисовые поля, узкими террасами спускающиеся с гор в низины.
– Интересно, почему она до сих пор водой не наполнилась? – задумчиво протянул Иваныч.
– Так вон дырка посередине, не видите, что ли? – ткнул пальцем в середину впадины Дмитрий.
То, на что показывал Дмитрий, иначе как «дыркой», действительно трудно было назвать. Точно в центре воронки в земле отчетливо чернело отверстие на фоне зелени склонов. Но с такого расстояния трудно было определить, какого оно размера. Ясно только, что не очень большое, несколько метров в диаметре, самое большее десять.
– Дырка дыркой, – проворчал Иваныч, скребя трехдневную щетину на бороде, – но не бездонная же там пропасть? Тут площадь сбора воды километров семь, а то и десять квадратов! Да за десять-то лет? А дожди у нас чуть не каждый день идут, верно? Вот и прикинь, сколько за это время на эту воронку воды попало. Да тут озеро давно должно быть.
– Ну, нету же, – пожал плечами Дима.
– Верно, нету…
Вообще я больше согласен с Иванычем. Действительно, странно. «Ряска» вообще-то воды на себя много оттягивает, это я еще у нас в Уральске заметил, но не настолько же…
– Что делать будем? – спросил Дмитрий, поглядывая на нас с Иванычем.






