Алекс обшарил взглядом лагерь, но не увидел ни Глинис, ни каких-то других пленников, которые могли бы пострадать, когда его люди нападут на лагерь. Но где же Глинис? Может быть, она тоже была в каком-то шатре и ее насиловали десятки мужчин? Или она убита?
Усилием воли Алекс заставил себя не думать об этом, а сосредоточиться на предстоящей битве. Коннор тронул его за руку, и он снова тихо крикнул по-птичьи, давая знак Йену с Дунканом и остальным, что время пришло. Через мгновение Алекс и Коннор встали в полный рост, издавая боевой клич Макдоналдов: «Фрэйэк!»
С противоположной стороны лагеря их люди вторили им: «Фрэйэк! Фрэйэк!»
Весь свой гнев и страх за жену Алекс вложил в лезвие меча, разя пиратов одного за другим. Возбуждение боя кипело в его венах, он шел вперед и размахивал мечом как одержимый, пока сквозь шум битвы до него не долетел из-за костра голос Дункана:
— Коннору нужна помощь!
Алекс оглянулся и увидел, что Хью и несколько пиратов окружают Коннора. Алекс бросился на подмогу. Он подскочил к Коннору, встал рядом с ним, и они стали сражаться спина к спине, как уже не раз бывало в прошлом. Несмотря ни на что, Алекс начал получать удовольствие от битвы. Для этого он был рожден. В бою с ними двумя не мог сравниться никто, разве что Йен и Дункан.
Хью был сильным и выносливым бойцом, но он всегда предпочитал рисковать жизнью других, а не своей собственной. Поэтому, когда стало ясно, что Алекс и Коннор побеждают, он улизнул в темноту.
— Я беру Хью на себя! — крикнул Коннор. — Ангус побежал к галерам, поймай его, пока он не ушел!
Сквозь туман Алекс едва видел спину человека, со всех ног бегущего к воде. Он бросился за ним, догнал и повалил, потом придавил его к земле своим весом, сев ему на грудь.
— Где она? — заорал Алекс, приставив к горлу Ангуса нож.
Тот не ответил сразу. Тогда Алекс надавил на лезвие, так что на шее появилась кровавая полоса, и, четко произнося каждый звук, спросил снова:
— Где моя жена?
— На корабле, — прохрипел Ангус.
— На каком?
— Хью. Он держит ее там, чтобы до нее не добрался Магнус.
— Ангус, если я узнаю, что ты дотронулся до нее хотя бы пальцем, я вернусь и вспорю тебе живот! — процедил Алекс сквозь зубы.
Времени на то, чтобы связать Ангуса, у него не было, поэтому он схватил первый попавшийся под руку камень и ударил его по голове.
Глинис содрала кожу на запястьях, пытаясь освободиться от веревок, но она не оставляла попыток. Она покосилась на своего мрачного охранника, прикидывая, можно ли как-нибудь вытащить у него нож. Рядом с ним стояла масляная лампа, но туман был такой густой, что Глинис видела только очертания его крупного тела. Он сидел, задрав ноги на борт галеры.






