Когда с завтраком было покончено, отец вытер рот, бросил на стол салфетку и отодвинул стул.
— Где капканы-то?
— Висят на бельевой веревке, — отозвался Бойд.
Отец встал и вышел из комнаты. Билли допил свою чашку и поставил перед собой на стол.
— Хочешь, поговорю с ним?
— Нет.
— Ладно. Тогда не буду. Наверное, и правда ни к чему.
Когда минут через десять отец вышел из конюшни, Бойд, в одной рубашке, был около поленницы — колол дрова.
— Хочешь, стало быть, с нами? — сказал отец.
— Ну да, естественно, — отозвался Бойд.
Отец вошел в дом. Чуть погодя оттуда вышел Билли.
— Что, черт подери, на тебя нашло? — сказал он.
— Да ничего не нашло. А на тебя что нашло?
— Не тупи. Надевай куртку и пошли.
Ночью в горах выпал снег, и на перевале к западу от Блэк-Пойнт его навалило чуть не по колено. Отец шел по следу, ведя лошадь в поводу, за лошадью шли мальчишки, и так они ходили за волчицей по горам все утро, пока не оказались ниже границы снега прямо над дорогой Кловердейл-Крик-роуд. Отец спустился на нее и постоял, озирая местность, открытую как раз в том направлении, куда ушла волчица, затем сел на коня, они развернулись и поехали обратно проверить закладки, сделанные по другую сторону перевала.
— А ведь она щенная, — сказал отец.
Он отъехал, установил на тропе еще четыре пустых капкана и снова присоединился к мальчикам. Сидя в седле, Бойд дрожал, у него посинели губы. Отец подъехал к нему вплотную, снял с себя пальто и передал ему.
— Я не замерз, — сказал Бойд.
— А я тебя не спрашиваю, замерз ты или нет. Надень, да и все.
Двумя днями позже, когда Билли с отцом вновь объезжали капканы, пустой капкан, установленный на тропе ниже границы снега, оказался сорван с места. В тридцати футах дальше по тропе был участок, где снег растаял, землю развезло и в жидкой грязи отпечатался след коровы. Чуть подальше нашелся и капкан. Раздвоенная лапа вырванного из земли якоря за что-то зацепилась, и корова вытащила из капкана ногу, оставив смятый в гармошку кровавый шмат шкуры висеть на зубьях челюстей.
Остаток утра ушел на проверку пастбищ: хотели найти охромевшую корову, но и это не удалось.
— Завтра вам с Бойдом будет чем заняться, — сказал отец.
— Да, сэр.
— Но я не хочу, чтобы он выходил из дому полуодетый, как намедни.
— Да, сэр.
К вечеру следующего дня Билли с Бойдом ту корову нашли. Она стояла на опушке кедровника и смотрела на них. Остальное стадо мало-помалу смещалось вниз по реке вдоль поймы. То была старая яловая корова; высоко в горы, где выставлены капканы, она, должно быть, забралась в одиночку. Они повернули в лес, чтобы зайти сверху и выгнать ее на открытое место, но она поняла их намерение, развернулась и направилась назад в кедровник.






